– Господин ведьмак, – Пудлорак наклонился над компасом и постучал по стеклу. – Взгляните сюда.
– На что?
– Я думал, что у меня стекло запотело… Но если стрелка не сошла с ума, то мы плывем на восток. То есть мы возвращаемся. Туда, откуда пришли.
– Но это невозможно. Нас несет течение. Река…
Он замолк.
Над водой свешивалось огромное, частично выкорчеванное дерево. На одной из голых ветвей стояла женщина в длинном облегающем платье. Она стояла неподвижно, глядя на них.
– Правь, – тихо сказал ведьмак. – Правь, капитан. К другому берегу. Подальше от этого дерева.
Женщина исчезла. А по ветке проскользнул большой лис, мелькнул и исчез в зарослях. Животное казалось черным, белым был только конец пушистого хвоста.
– Нашла нас, – Аддарио Бах тоже ее заметил. – Лисица нас нашла…
– Какого черта…
– Молчите оба. Не сейте панику.
Они плыли. С сухих деревьев на берегах за ними наблюдали пеликаны.
Сто двадцать семь лет спустя
– Тама, за холмом, – показал плетью купец, – уж Ивало, девонька. Полстае, не больше, вмиг дойдешь. Я на раздорожье на восток до Марибора повертаю, прощаться, значит, придется. Бывай здорова, пусть тебя в пути боги ведут и хранят.
– И вас пусть хранят, добрый господин, – Нимуэ спрыгнула с фургона, забрала свой узелок и остальные вещи, после чего сделала неуклюжий книксен. – Спасибо большое, что взяли на телегу. Тогда, в лесу… Спасибо вам большое…
Нимуэ сглотнула слюну, вспомнив черный лес, вглубь которого ее привела дорога два дня назад. Вспомнив огромные, страшные деревья с перекрученными стволами, сплетенными навесом над пустой дорогой. Дорогой, на которой она вдруг оказалась как перст одна-одинешенька. Вспомнив охватившее ее в тот же момент ощущение угрозы. И желание повернуть назад и бежать. Возвращаться домой. Отбросив глупую мысль об одиноком путешествии в большой мир. Выбросив эту неуместную мысль из памяти.
– Брось, не за что благодарить, – засмеялся купец. – В пути помочь – это по-людски. Бывай!
– Бывайте! Счастливого пути!
Нимуэ постояла минуту на перекрестке, глядя на каменный столб, гладко отполированный дождями и ветрами. Давно здесь стоит, подумала она. Кто знает, может, больше ста лет? Может, этот столб помнит Год Кометы? Армии королей Севера, подступающие под Бренну, на битву с Нильфгаардом?
Как и прежде, повторила заученный наизусть маршрут. Как чародейскую формулу. Как заклинание.
Вырва, Гуадо, Сибелл, Бругге, Кастерфурт, Мортара, Ивало, Дорьян, Анхор, Горс Велен.
Городок Ивало уже издалека давал о себе знать. Шумом и вонью.
Лес кончился у перекрестка, дальше, до самых первых построек, была только голая, щетинящаяся пнями вырубка, которая тянулась далеко, до самого горизонта. Отовсюду валил дым, здесь стояли рядами и коптили железные бочки, реторты для обжигания древесного угля. Пахло древесной смолой. Чем ближе был городок, тем больше нарастал шум, странный металлический лязг, от которого земля ощутимо дрожала под ногами.
Нимуэ вступила в городок и вздохнула от удивления. Источником шума и дрожания почвы была самая странная машина, которую ей когда-либо доводилось видеть. Большой пузатый медный котел с гигантским колесом, которое приводил в движение блестящий от смазки шатун. Машина шипела, дымила, брызгала кипятком и бухала паром, а в какой-то момент издала свист, свист настолько пронзительный и жуткий, что Нимуэ аж присела. Тем не менее, девушка быстро овладела собой, даже подошла ближе и с любопытством пригляделась к ремням, с помощью которых шкивы адской машины приводили в движение пилы лесопилки, режущие бревна в невероятном темпе. Понаблюдала бы еще, но уши разболелись от шума и визга пил.
Она перешла мостик, речка под ним была мутная и противно воняла, несла стружки, кору и сгустки пены.
Сам же городок Ивало, в который она, собственно, пришла, вонял, как один огромный сортир, в котором для полного счастья кто-то еще взялся жарить над огнем несвежее мясо. Нимуэ, которая последнюю неделю провела в лугах и лесах, начинало не хватать воздуха. Городок Ивало, которым заканчивался очередной этап пути, виделся ей местом отдыха. Теперь она знала, что не задержится здесь дольше, чем необходимо. И не сохранит Ивало в добрых воспоминаниях.
На базаре, как всегда, она продала лукошко грибов и лечебные коренья. Дело пошло быстро, Нимуэ уже имела навык, знала, на что есть спрос и к кому идти с товаром. Во время торга притворялась дурочкой, благодаря чему не имела проблем с продажей – торговки наперебой спешили одурачить растяпу. Зарабатывала мало, но быстро. А темп имел значение.
