– Потом скажешь. Сейчас мне нужен способ снятия хомута.
– Виктор!.. – она пробормотала что-то грубое в сторону – Хорошо. Двигаться можешь?
– Я-то могу, – протянул я, косясь на Олега.
– Езжай сюда, что-нибудь придумаем.
Я подхватил Вещего под мышки и потащил к машине. Он же, вместо того, чтобы хоть как-то мне помогать, только хватался за горло и тормозил нас, то дёргаясь из стороны в сторону, то безвольно, как тряпка, обвисая. Несколько посетителей кафе во главе с его владельцем ошарашено смотрели на нас, растерявшись от ужаса.
Вспышка боли пронзила моё тело и свела плечи – зелье, сваренное Карией, переставало действовать. Все мои царапины, ушибы, растяжения и, вполне возможно, переломы разом дали о себе знать. Я с трудом выдохнул и сильнее, до скрежета, сжал зубы.
Олег попытался усмехнуться. В его состоянии это выглядело гримасой ещё большей, чем прежде, боли.
– Чего ржёшь? – раздражённо проворчал я.
– Вот свезло, – прохрипел он в ответ.
– Да тебе вообще страшно везёт последнее время, – проговорил я, вспоминая, как вчера Маларья обсыпал его порошком из табакерки.
– А знаешь, в чём повезло тебе?
– И в чём же?
– В том, что Ниязов ушёл. Его бы ты не дотащил, – теперь он попытался рассмеяться.
Вещий был прав. Эта зараза, посланная по ветру, определённо задела бы и…
По ветру? Я вдруг понял, что это был не простой ветер. А заодно вспомнил, кто частенько принимает такую форму.
– Лезь в машину! Быстро! – заорал я, заталкивая Олега на заднее сиденье. Я едва успел сесть за руль и захлопнуть дверцу, как налетел очередной порыв ветра.
– Что за дьявол в тебя вселился? – хрипло спросил Вещий.
– Молись, чтобы он не вселился в тебя, – ответил я, заводя мотор. – И лучше понимай эти слова буквально.
В какой-то момент мне показалось, что я вижу какого-то мужчину на другой стороне улицы. Его фигура была задёрнута лёгкой дымкой морока. Он был похож на колдуна, что был с Маларьей, когда они заперли меня в погребе. Я мог бы попробовать присмотреться, попытаться разрушить отвод глаз, но тут черти поскреблись в стёкла и завыли, захохотали, начали что-то нашёптывать… Выругавшись, я вдавил педаль газа в пол и как можно быстрее поехал прочь.
Теперь я уже ничуть не сомневался, что колдун хотел навредить именно нам. Более того, он даже придумал простой план: если нам как-то удастся избежать хомута, нас достанет нечисть. И впрямь хорошо, что Ниязов ушёл, иначе по крайней мере один из нас точно получил бы одержимость в подарок.
Получается, колдун всё это время следил и подслушивал.
Я достал из кармана плеер, положил его перед собой и попросил:
– Найди кратчайший путь до дома.
Экран несколько раз мигнул, погас и загорелся снова. Из него выскочила и повисла в воздухе маленькая полупрозрачная серебристая стрелка. Она покачалась из стороны в сторону, будто бы раздумывая, и замерла, выбрав наконец правильное направление.
– Это ещё что за штука? – удивился с заднего сиденья Олег. – Система навигации?
– Да, – кивнул я. – Новейшая разработка. Японцы творят чудеса!
Цифры на спидометре росли. Сначала я нёсся по относительно широким дорогам, лавируя в потоке машин, проскакивая на красный свет и не обращая внимания на отчаянные свистки. Затем серебристая стрелка погнала меня по узким тихим улочкам, где зачастую оказывалось маловато места даже для одной машины, так что я здорово рисковал не вписаться в очередной поворот и вылететь с дороги. Это, конечно, доставило бы мне некоторые неприятности, но моя машина, как и меч Маларьи, была сделана из тёмной стали – собрана специально для гонок, чтобы её было невозможно разбить. Магия, заточённая в ней, позволяла проделывать фокус с изменением размеров машины и питала её двигатель, заменяя бензин.
Было время, я видел множество интересных, потрясающих и порой просто фантастических вещей из тёмной стали, и как минимум треть из них, несмотря на запрет, была оружием, способным на приёмы, допустимые разве что только в видеоиграх.
В какой-то момент мне показалось, что я заблудился, а плеер показывает совсем не туда, куда нужно. И тогда я заметил: рядом со стеклянной витриной невзрачного цветочного магазина, расположившегося посреди длинной улицы, стояла Ева. Она не спеша протирала стекло, и только чуть повернула голову, чтобы узнать, что за психопат на машине объявился в округе.
Я резко нажал на тормоз.
А через долю секунды вспомнил, что не пристегнулся.
Сначала были цветы. Боль пришла позже.
В моём сознании медленно всплыл последний момент, который я видел: своё полупрозрачное отражение в лобовом стекле – испуганно-удивлённое лицо.
Я с трудом поднял руку и коснулся головы. Цела. Странно, что я не раскрошил себе череп о небьющееся стекло. Должно быть, снова сработал амулет…
Справа раздались шаги. Послышался шелест одежды. Запах духов подполз, приобнял и заполнил собой разум. Ева остановилась передо мной. Глаза упорно не хотели открываться, поэтому я просто кое-как махнул рукой в знак приветствия.
– Я могла бы подумать, что ты преследуешь меня, – сказала она.
– Но? – промычал я.
