– Откуда все это?
– По-разному.
– Уверена, рефаиты не в курсе вашего бизнеса.
Ростовщик чуть заметно улыбнулся.
– Ну и в чем секрет?
– Допустим, ты остеомант и для подпитки нуждаешься в костях. Кости конфискуют, и необходимо срочно раздобыть новые. – Ростовщик кивнул на мешочек с пометкой «Крыса обыкновенная». – Ты приходишь ко мне и получаешь заказ. К примеру, достать что-то или передать послание. Чем дороже предмет, тем задание сложней. Справишься – кости твои. Временно. В залог оставляешь нумы. Возвращаешь кости – берешь обратно нумы. Система простая, но эффективная.
Может, и простая, но явно необычная. Ломбарды испокон веку ссужали деньги под залог ценного имущества.
– Какова плата за информацию?
– Зависит от информации, – пожал плечами мой собеседник.
Я выложила на прилавок половинку таблетки:
– Хочу узнать, что это.
Ростовщик выронил монокль и трясущимися пальцами вставил назад.
– За это можешь взять все, что пожелаешь. Никакой платы.
Я нахмурилась:
– Она вам так нужна?
– Очень! – Он бережно взял снадобье. – Откуда она у тебя?
– Как насчет информации, господин Бабай?
– Если принесешь мне еще таких штучек, будешь отовариваться бесплатно. Любая вещь за таблетку.
– Скажите, что это, иначе сделка не состоится.
– Две вещи.
– Нет.
– Меньше знаешь, крепче спишь. – Хозяин поднес пилюлю к лампе. – Это травяной сбор, безвредный. Достаточно?
Две вещи за пилюлю. Товар, который может спасти жизнь обитателю трущоб.
– Три, – заявила я. – Это мое последнее слово.
– По рукам, – обрадовался ростовщик. – Ты прошаренная бизнес-леди. А еще кто?
– Игломант, – выдала я стандартную отговорку, служившую по совместительству проверкой на вшивость.
Бабай хихикнул:
– На гадалку не тянешь. Будь я зрячим, наверняка узрел бы тебя по ту сторону спектра. Аура уж больно горяча. Пышет, как пламя. – Он забарабанил пальцами по зеркалу. – Чую, грядет интересный Сезон.
– В смысле? – насторожилась я.
– Не обращай внимания. Просто болтаю сам с собой, иначе за сорок лет и свихнуться недолго. – Внезапно он улыбнулся. – Как тебе страж?
– По-моему, ответ очевиден, – фыркнула я, возвращая огниво на место.
– Как бы не так. Есть множество вариантов. – Бабай протер монокль. – Принц-консорт по праву считается самым привлекательным из рефаитов.
– Кому как, а вот меня от него воротит. – Я выпрямилась. – Так я могу взять вещи?
Бабай откинулся в кресле. Мой выбор пал на «Стерно», аспирин и фузидовую кислоту.
– С вами приятно иметь дело, мисс?..
– Махоуни. Пейдж Махоуни, если вам так больше по вкусу. – Я развернулась и вышла из лачуги, чувствуя, как взгляд ростовщика буравит мне спину.
Меня смутили его странные вопросы. Вроде ничего лишнего я не сболтнула, про стража сказала что думаю. С чего вдруг вообще такой интерес? Чудно…
На обратном пути я бросила полиглоту бутылочку с кислотой. Тот испуганно встрепенулся.
– Это тебе для глаза.
Паренек изумленно заморгал, но мне было не до объяснений.
Добравшись до нужного барака, я постучала в стену:
– Лисс?
Мне никто не ответил.
– Лисс, это Пейдж.
Штора отдернулась, и на пороге возникла Лисс с лампадой в руках.
– Оставь меня в покое, – устало попросила она. – С цветными туниками не общаюсь, уж извини. Поищи себе подругу по статусу.
– Я не убивала Себа! – выпалила я, протягивая девушке аспирин и жестянку. – Вот, выменяла у Бабая. Прошу, давай хотя бы поговорим.
Лисс покосилась на подношение и нахмурилась:
– Ладно, заходи.
Рассказывая про испытание, я не плакала. Не могла. Джекс ненавидел слезы. («Запомни, милая, ты безжалостная мерзавка. На носу заруби, куколка!») Даже здесь, вдали от шефа, он следит за каждым моим шагом.
Я дошла до места, когда Себу сломали шею, и меня вдруг затошнило. Никогда не забуду ужас в его глазах, отчаянный призыв о помощи. Наконец я замолчала и принялась растирать больную ногу.
Лисс протянула мне дымящийся стакан.
– На вот, выпей. Для борьбы с Наширой тебе понадобятся силы. Значит, она в курсе…
Я отхлебнула мятный на вкус напиток. В горле встал комок, на глаза навернулись слезы, но плакать нельзя. Стыдно перед Лисс, у которой лицо и шея покрыты свежими синяками и ссадинами и вывихнуто плечо, но при этом она ставит мое благополучие выше своего.
– Ты же член Семьи, – пояснила она, неуклюже обрабатывая мне шрам одной рукой.
Боль исчезла, но метка – нет. Для этого и ставили – мол, знай свое место.
Под линялой простыней дремал Джулиан. Его кураторша отправилась на семейное собрание клана Шератан. Перед тем как вырубиться, Джулиан принял аспирин. Отечность с носа заметно спала. Оказывается, не найдя меня на рассвете, Джулиан побрел в Трущобы и там столкнулся с Лисс. Вдвоем они попытались утеплить барак, но без особого успеха. Все же, когда юная гимнастка предложила заночевать, я без лишних колебаний согласилась. Лучше мерзнуть, чем лицезреть отвратную физиономию стража.
Старой открывалкой Лисс вскрыла консервную банку.
– Спасибо огромное. Давненько мне не выпадало такое счастье.
Она зажгла спичку, и топливо загорелось синим пламенем.
– Как это Бабай расщедрился?
– Нашла чем его заинтересовать.
– Да? И чем же?
– Отдала ему свою пилюлю.
