— Давайте сядем и поговорим. — Приказ Великого Мастера стал следствием этой мысли. Он первым сделал шаг в направлении пассажирских кресел и призывно махнул рукой солдатам.
Когда все расселись, а Хризик традиционно улегся в проходе, Строгов повернул голову к Алексею Рутову:
— Выкладывай все, что знаешь о кракенах. Начни с самого начала. Где вы там их откопали?
Рутов как будто только и ждал возможности поведать свою историю. Он с готовностью кивнул, окинул быстрым взглядом всех присутствующих, прокашлялся и начал:
— Так вышло, что я первым их обнаружил. В тот день мы искали объезд вокруг очередного разлома. Неглубокий такой, даже не разлом, а овраг… метров пять, но машина не пройдет. Я шел впереди планетохода, проверяя прочность грунта. Вдруг сканер засек подозрительный энергетический всплеск. Пеленг указывал на объект, находящийся внизу. Вначале я решил туда не заглядывать. Вдруг там охотник или, может быть, какой-нибудь робот-разведчик. Засечет, и все… жди крылатых гостей с плазмометами и ракетами.
— Но потом передумал? — то ли спросил, то ли продолжил за капрала Строгов.
— Передумал, — подтвердил Рутов. — Любопытно до жути стало. Подобрался я к краю обрыва, заглянул и обмер. Мама моя родная, а там этакая живая клякса размером с грузовик! Дергается, сжимается, разжимается, искры кое-где по черной шкуре проскальзывают. Картина, я вам доложу, не самая веселая. Такое в фильмах ужасов обычно показывают, когда хотят страху побольше нагнать. Хорошо еще, что дело происходило днем.
— Ты, капрал, не отвлекайся. Стивен Кинг, блин, нашелся. — Эффект от красочного описания смазал Моришаль. — По делу говори. Забыл, что ли, как полагается докладывать?
— Слушаюсь! — отрапортовал Алексей и, хитро ухмыльнувшись, продолжил в прежнем стиле: — Так вот, значит, я и говорю… Только я подумал, что штука эта как пить дать местная и к «Архангелу» никакого отношения не имеет, как вдруг за спиной у меня лязг гусениц послышался. Харририанину этому, водителю хренову, ждать, видите ли, надоело. Вот он и двинул вперед. Во мне тут такая злость вскипела. А вдруг эта штуковина внизу опасная? Как почует она гул двигателя да скрежет гусениц… Будет нам весело. Рванулся я назад…
— А край оврага и не выдержал, — догадался о последствиях столь резвого рывка специалист по горной подготовке Огюст Моришаль.
— Так точно, не выдержал, — со скисшей физиономией подтвердил Рутов. — Полетел я вниз как подбитый орел.
— Вернее, контуженый воробей, — поправил его скептически настроенный Моришаль. — И чему я вас только учил, бездари?
— Кто знает, господин капитан, быть может, благодаря этому полету мы все сейчас и живы, — скромно заметил капрал.
— Давай дальше, — раздраженно приказал Великий Мастер. Он следил за видеохроникой событий, которая демонстрировалась в мозгу Алексея, а всякие легкомысленные отступления тормозили и сбивали картинку.
— Упал я не скажу, что на мягкую перину, но и жестким камнем это тоже не назовешь. Скорее всего… — Рутов призадумался. — Поролоновый мат, такой, как бывают в тренировочном зале. Все помнят?
После того как несколько слушателей утвердительно кивнули, россиянин продолжил:
— Неожиданно после удара я наполовину провалился внутрь этой огромной черной медузы. Как в болото. — Тут Алексей Рутов поморщился, явно вспомнив что-то очень неприятное. — Хуже всего, что провалился я не ногами, а головой. Вся верхняя часть тела аж до пупка погрузилась в отвратительную черную массу. И эта масса вдруг затвердела, стала, как бетон, ни вырваться, ни даже пошевелиться. Ну, думаю, все… хана мне.
— И что? — в наступившей тишине выдохнула Луиза. Это ее почти детское испуганное «и что?» вызвало улыбки на лицах мужчин.
— Да не волнуйся ты, видишь — живой он остался, — не утерпел Микульский.
— Точно живой, — подыграл поляку Шредер. — Видел я его как-то раз после этого.
«Ну что с ними поделаешь! — выругался про себя Строгов. — Только и дай позубоскалить». Однако всего через мгновение Мастер успокоился. У людей настоящее большое счастье. Они встретились, хотя, пожалуй, каждый из них на это уже и не рассчитывал.
— Дальше, — Николай не зло, можно сказать, по-отцовски погрозил пальцем всем обладателям длинных языков.
— Минута прошла, другая, а ничего не происходит, — продолжил рассказ Алексей. — Думаю, делать то что-то надо. К примеру, позвать кого. Планетоход, на худой конец, вызвать. У водителя в рации транслятор-переводчик стоит. Худо-бедно интерлеви на фах-ри переводит. Я так с ними, с харририанами, всю дорогу и общался. Подумать-то подумал, да так вызов и не послал. Засечь ведь могут. Тогда не только мне, но и всем остальным полный кирдык.
Не успел я так рассудить, а слит мне уже на экран надпись выводит: «Получен сигнал». Ну, думаю, мои компаньоны не утерпели, вызвали все-таки. И вдруг на экране новая надпись: «Кто ты?» Я сперва опешил. Что значит, кто я? Не успел я что-либо сообразить, вижу следующее послание: «Ты разумное существо?» Вот тут до меня дошло — это не харририане меня вызывали, это кисель этот черный со мной разговаривает.
