Они так и не успели. Морунги усилили натиск, и защитники станции один за другим стали падать на пол. Их мозги вскипели, как в микроволновке. Глупая бессмысленная смерть. Какая дверь может удержать невидимые, жестокие, всегда готовые к убийству лапы темных морунгов? Николай подумал об этом и тут же взглянул на дверь, отделяющую двадцать девятый уровень от верхних этажей. Может быть, именно эта?
Мысль отложилась в голове, но проверить ее можно было, лишь оказавшись с другой стороны. Прекрасно, это полностью совпадало с планами Великого Мастера. Несколькими отчаянными рывками он расширил проход до полуметра и тут же стал пропихивать в него своих едва живых товарищей. Последним в проем протиснулся сам Николай.
Перемену Строгов ощутил сразу же. Дверь действительно держала. Великий Мастер видел потоки смертоносного излучения, врывающиеся в проделанный им узкий проем. Сами же створки пропускали лишь легкий светящийся туман, который рассеивался уже через какой-то метр от двери. Выходит, команде, пытавшейся закрыть проход, не хватило совсем чуть-чуть. Выходит, все-таки существует материал, способный ослабить адское излучение каменных звезд.
Внутренние часы Николая кричали, вопили, что у него не осталось времени, что он опаздывает, однако Строгов все же не удержался и метнул быстрый взгляд на дверь. Со стороны лестницы ее створки были обшиты зеркальным материалом, который отсвечивал, подобно жидкой ртути. Николай уже где-то видел его. Ах да, точно, защитные шлемы А-420! Блестящими плитами была обшита не только дверь, ими были обложены все стены огромного колодца, ведущего на верхний уровень.
Отлично! У Мастера отлегло от сердца. Значит, вот оно, то безопасное место, которое он искал! Значит, все же успел, смог! Он оставит Моришаля и Рутова здесь, уходя, задвинет створки чудо-двери и будет спокоен за их судьбу. Николай с чистой совестью сможет заняться спасением всех остальных. Это простой план, и на него у Строгова еще хватит сил. Он очень надеялся, что их хватит…
— Что… что это было? — Сержант Дэниан Смит первым пришел в себя и первым подал голос.
— Это то, что твои хозяева уготовили для всего мира, — сурово произнесла Луиза.
Смит приподнялся на локтях и непонимающе поглядел на девушку, затем перевел взгляд на Мастера, колдовавшего над телами четырех своих товарищей, на груду трупов, наваленных у наглухо закрытой двери.
— Я не понимаю, — растерянно пробормотал он.
— На тридцать первом уровне поселили тварей, которые ненавидят живых существ, кем бы те ни были: человеком, кошкой или тараканом. Эти исчадия ада стремятся уничтожить жизнь в тот же самый миг, как только ее обнаружат. Они и есть то самое главное оружие, с помощью которого проект «Архангел» пытается поставить на колени всю Галактику. — Голос девушки дрогнул от гнева и горечи. — Мне невероятно больно осознавать, что этим грязным делом промышляют земляне, люди.
— Ложь! — Корчась от боли, Смит все же сумел сесть. Связанными руками он усиленно тер лицо. — Мы лишь защищаем земные колонии.
— И много колоний ты знаешь здесь, на противоположном, самом удаленном от Земли краю Галактики? — Мастер на мгновение оторвался от врачевания и пристально посмотрел на пленного своими горящими синими глазами.
Смит ничего не ответил. Вместо него голос подал приходящий в себя Алексей Рутов:
— Мы прорвались?
— Прорвались, — Строгов передал капрала под опеку Луизе и взялся за Микульского.
— Голова, — простонал Алексей.
— Скажи спасибо, что твой шлем перегорел при взрыве электромагнитной бомбы. Работай он, как и прежде… и тебе конец. Ни я, ни Луиза не смогли бы помочь.
— Видать, что ни делается, все к лучшему. — Алексей благодарно похлопал девушку по ладони.
— Надо спешить. — Слова, произнесенные слабым, едва слышным голосом, принадлежали Моришалю. Капитан без посторонней помощи пришел в себя. — Не останавливаться… Нам нельзя останавливаться!
— Огюст, глянь на себя, на всех остальных. После этой передряги вы едва живы. — Николай отрицательно покачал головой. — Нет, в бой соваться рано. Сперва оклемаетесь, хоть немного, хоть пару часов, а уж затем… — Мастер невесело вздохнул. — Так что придется сделать привал.
— Здесь?
Луиза с беспокойством покосилась на дверь, через которую просачивалось красноватое марево. Никто бы не понял ее страха, никто, кроме Великого Мастера.
— Ты права, сейчас поможем оклематься Яну и Георгу и уйдем. Поднимемся выше. — Строгов попытался добавить в свой голос побольше оптимизма: — Думаю, мы располагаем некоторым запасом времени. Ведь нас наверняка считают покойниками. При отключенной системе глушения на нижних уровнях не выживет никто, ни одно живое существо.
— И мы тоже… мы тоже бы сдохли, — медленно, словно взвешивая каждое слово, пробубнил себе под нос сержант Смит.
— Тебя, сержант, отправили на верную смерть. — Это были первые слова пришедшего в себя Микульского. Они были произнесены шепотом, почти змеиным шипением, но даже в таком виде в них чувствовалось злорадство.
— А мы тебя спасли, — Луиза в упор поглядела на Смита. — Не забывай это.
— Черт, а где ящеры? Где Хризик?
