Ночь выдалась облачной, свет фонарей на здании Пентагона расплывался в тянущей с реки туманной дымке. Улицы были безлюдны, стоянка у Пентагона пустовала. Браун глубоко вздохнул. Наступил момент, ради которого он надрывался все эти долгие месяцы. А теперь делать больше нечего, пора выполнять задуманное. Он включил двигатель, на задней передаче выехал со стоянки и свернул под эстакаду. Движение грузового транспорта в этом районе было запрещено, однако для автоцистерн делалось исключение. Он надеялся, что его не остановят. Накладная, конечно, может помочь, но только в том случае, если коп не потребует предъявить пропуск на проезд в центр, которого у него не было. Полицейские патрули в Вашингтоне сменялись в полночь, именно по этой причине он и выбрал такое время для начала своей операции. Большинство контролирующих окрестности патрульных машин соберется у полицейских участков, их надо будет заправить бензином, пока идет пересменка.
Действительно, на своем пути он не встретил ни одного полицейского автомобиля. Оставив нависающую громаду здания БАТО слева, Браун въехал на узкий пандус, ведущий к верхним этажам гаража. В темной будке смотрителя никого не было, ему пришлось выйти из машины и самому извлечь квитанцию из щели автомата. В тот же момент послушно распахнулись створки ворот. Браун, вернувшись в кабину, включил первую передачу и под надсадное рычание мотора начал подъем. Эх, шуму многовато, досадливо крякнул про себя он. Достигнув верхнего этажа, он повернул направо и подъехал к дальней стене, выходящей к штаб-квартире БАТО. Машин здесь стояло больше, нежели он ожидал. Загнав автоцистерну задним ходом в угол, заглушил двигатель. Первый этап завершен успешно, подумал Браун с довольной улыбкой. Он посмотрел на здание БАТО, на видимой ему стене светилось всего несколько окон.
Он вновь поискал взглядом телекамеры, но, как и прежде, обнаружил только одну, которая следила за происходящим на Массачусетс-авеню. Тем не менее Браун достал из кармана небольшой бинокль и внимательно осмотрел верхние этажи и крыши зданий на противоположной от штаб-квартиры БАТО стороне улицы. И на одном из них, как и подозревал, заметил еще одну телекамеру, но и ее объектив был направлен на Массачусетс-авеню. Так что нужный ему переулок оставался вне зоны слежения. Браун приспустил стекло, потом удовлетворенно кивнул, услышав доносящийся снизу негромкий низкий гул вентиляторов системы кондиционирования.
Мельком взглянул на часы – двенадцать с минутами. Откинулся на бугристую спинку продавленного сиденья, прислушиваясь к потрескиванию остывающего дизеля. Стекла стоящих вокруг него автомобилей уже посверкивали каплями ночной росы. Внезапно на противоположной стене обозначился освещенный прямоугольник, в двери показалась громко хохочущая парочка, которая, судя по неверной походке, неплохо провела вечер в одном из близлежащих ресторанов. Держась за руки, высокий брюнет и пухленькая шатенка, пошатываясь и спотыкаясь, добрели на заплетающихся ногах до своей «тойоты», облегченно плюхнулись на сиденья и под кряканье клаксона низринулись по пандусу вниз. На зелено-белую автоцистерну в темном углу гаража никто из них даже и не взглянул. Вот и отлично.
Браун ждал. Сбросить шланг он собирался где-то около половины третьего, потом нужно будет спуститься вниз и между тремя и четырьмя часами утра приспособить его к одному из воздухозаборников вентиляционной системы. Пока же надо понаблюдать, не появится ли с обходом патрульный. Впрочем, ничего подобного от службы безопасности БАТО он не ожидал. Ее сотрудники прежде всего озабочены тем, как бы получить кабинет попросторнее да место на автостоянке поудобнее. О возможности подвергнуться нападению на собственной территории они и не помышляли, в этом Браун был полностью уверен. Если у него получится заполнить весь объем здания водородом – взрыв запомнят надолго. Температура в каждом кубическом дюйме пространства в зоне взрыва достигнет двух тысяч градусов! А этого вполне достаточно, чтобы эти убийцы, эти варвары просто не успели понять, что с ними стряслось. Что ж, видит Бог, его акт возмездия куда милосерднее, нежели медленная пытка огнем, которую они уготовили тем несчастным в Техасе, заживо поджаривая их в пылающей постройке, зажатой в кольце танков. Неплохо, конечно, было бы поднять на воздух здание ФБР. Однако такое под силу лишь самоубийце, уйти оттуда живым никакой возможности просто не будет. Не то что здесь. Приходи да взрывай.
Эдвин Крейс сидел под замком в камере для допросов полицейского участка на Седьмой улице и обдумывал создавшееся положение.
