Через пятьдесят футов они достигли развилки, и Линн, сверившись с рисунком, свернула в левый коридор. Он был заметно уже, потолок опустился так, что они едва не задевали его макушками, под ногами захрустел рассыпчатый гравий, и им пришлось замедлить шаги, чтобы не подвернуть ногу. В какой-то момент Дженет поскользнулась, упала и проехала на спине не меньше ярда, лампа ее погасла.
– Не зажигайте, – посоветовала Линн. – Будем экономить керосин.
Дженет с трудом поднялась на ноги и поспешила за Линн, которая, похоже, прекрасно ориентировалась под землей. Должно быть, в свое время немало полазила по пещерам, подумала она. Дженет отнюдь не страдала клаустрофобией, но здесь, вдыхая отдающий затхлостью влажный воздух, все время помнила о нависших над головой пластах горной породы.
– Что там у нас дальше по схеме? – поинтересовалась она.
– Написано «Яма». Черт его знает, что это значит...
За крутым поворотом тоннель переходил в узкую тропку, огибавшую почти круглую пещеру диаметром около двадцати футов. Посреди пещеры в черную бездну почти правильным конусом низвергалась воронка с гладкими и даже на вид скользкими стенками. Линн носком ботинка толкнула камешек, тот прыгнул через край воронки и исчез, не издав ни единого звука.
– Теперь видите, что значит «Яма»? – решила пошутить Дженет, главным образом для того, чтобы подбодрить саму себя. – У нее же дно где-нибудь в Китае!
– Как бы нам тоже там не очутиться, – нервно хихикнула Линн и, указывая фонарем, добавила: – Вообще-то нам туда.
В его причудливо пляшущем свете они увидели карниз шириной не более восемнадцати дюймов, который тянулся вдоль стены по краю воронки и уходил в лаз на ее противоположной стороне. В тоннеле за их спиной послышалось какое-то движение.
– Пригнитесь! Пошли! – скомандовала Линн.
Она шагнула вперед, держа фонарь в вытянутой левой руке, повернулась лицом к воронке, присела на корточки и в таком положении, передвигая ступни по дюйму и обдирая спину о каменистую стену, двинулась по карнизу. Дженет последовала ее примеру, изо всех сил стараясь не смотреть в непроглядную бездну воронки. На полпути до них донеслись явственные звуки приближения стремительно мчащейся собаки, ее многократно усиленное в узком тоннеле свирепое сопение. Фонарь внезапно погас, и Дженет невольно вскрикнула, царапая пальцами мокрый камень и пытаясь найти, за что бы зацепиться. Вокруг стояла беспросветная тьма.
– Не двигайтесь, – прошипела Линн.
Пес отрывисто гавкнул и рванулся на голос. Судя по тембру, это была здоровенная псина. Возбужденная их совсем близким запахом, собака неслась по горячему следу. Вдруг послышался скрежет когтей о камень, она жалобно тявкнула и, сорвавшись с края воронки, исчезла в яме. Линн чиркнула спичкой и зажгла фонарь. Лишь сейчас Дженет осознала, что не дышит, всхлипнула, глотнула спертый воздух полной грудью. Линн уже преодолела остаток карниза и сидела в нише на другом его конце. Дженет в той же кошмарно неудобной позе, на корточках, направилась к ней, колени и бедра дрожали от напряжения, во рту пересохло, сердце гулко колотило в ребра.
– Здорово, да? – протягивая Дженет руку, воскликнула Линн, в глазах ее блестело неподдельное веселье.
«Мамочка моя дорогая, – изумилась про себя Дженет, осторожно поднимаясь на подкашивающихся ногах, – а ведь ей это все действительно в удовольствие!»
Из ниши расходились два тоннеля, и Линн вновь развернула рисунок Майки.
– Налево, – объявила она. – Маршрут номер три.
– А там ямы еще будут? – будто ненароком полюбопытствовала Дженет; голос, однако, выдал охватившее ее напряжение.
Но Линн, не ответив, уже шагнула в тоннель, низко пригибая голову. Дженет оглянулась на воронку, вздрогнула, зябко передернула плечами и пошла за удаляющимся светом фонаря. Через некоторое время тропинка пошла под уклон, подошвы заскользили по влажной глине, и им пришлось продвигаться боязливыми мелкими шажками. Дженет задела лампой о стену, и ей показалось, что она слышала звук треснувшего стекла. Линн, в шести футах впереди нее, прошла еще минут пятнадцать, остановилась и выругалась.
– В чем дело? – спросила Дженет с замиранием сердца: только бы не еще одна яма.
– Не знаю, куда идти, – отозвалась Линн, рассматривая схему.
Дженет встала рядом, Линн подняла фонарь. Тоннель вывел их к краю крутого обрыва, его почти отвесный склон терялся в темноте. Они ощущали еле уловимое дуновение сырого холодного воздуха. Дженет огляделась и поняла, что они находятся в огромной пещере. С минуту они стояли в полной растерянности. Потом сзади раздались негромкий пока шум погони, человеческие голоса, горячечный лай собак, опять взявших их след.
– Они еще далеко, у ямы задержатся, – вполголоса проговорила Линн, глядя себе под ноги. – А у нас другого пути нет.
Дженет опустила глаза. Глина, россыпь камней. Покатишься, костей не соберешь.
– Предлагаете сползти?
– Ага. Чур, я первая. Подержите. – Линн протянула ей свой фонарь.
Она повернулась и легла животом на край обрыва, из-под подошв посыпались камни и комки глины.
– Спички у вас есть? – Линн протянула руку, чтобы забрать фонарь.
