Вокруг трейлера полицейские натянули проволоку, на нее была повешена ткань, скрывающая все пространство под его днищем. При их приближении техник включил стоявший сбоку прожектор. А Браун даже не заметил, что уже темнеет. Детективы затоптали окурки, выказывая уважение к его горю. Откуда им знать, что всю свою скорбь Браун уже исчерпал, когда убили Уильяма. Убили такие же, как эти, подумал он, искоса взглянув на федеральных агентов. Но что все-таки им здесь нужно? Неужели в трейлере обнаружились какие-то улики, потребовавшие вмешательства федеральных ведомств? И откуда они? ФБР или БАТО?
Сержант тем временем объяснял, что тело Джереда нашли под трейлером рядом с гидравлическим домкратом. Последний, вероятно, соскочил с опоры, пропорол днище трейлера, и тот всей своей тяжестью обрушился прямо на Джереда. От тяжелого дурного запаха у Брауна стала кружиться голова, один из экспертов пытливо взглянул на него и протянул баночку мази с ментолом фирмы «Вике». Он понял его и запустил в каждую ноздрю по порции мази. Шагнул ближе к трейлеру. Тот был поднят мощным промышленным домкратом, упиравшимся нижним концом в толстую стальную плиту. А рядом лежало буквально расплющенное тело Джереда, неимоверно распухшая голова, лицо почти неузнаваемо.
Браун прижал тыльную сторону ладони к губам, на секунду зажмурился и кивнул. Подкатившая было к горлу тошнота прошла, уступив место горькому чувству утраты. Острая боль, подобной которой он не испытывал с того дня, когда смотрел в программе новостей по телевизору, как эти ублюдки сжигают его сына заживо. «Ты должен жить ненавистью к ним, но только держи себя в руках. Ты должен стать орудием возмездия, и внимание к себе привлекать нельзя».
Браун заставил себя понуро опустить плечи, лицо сморщил в жалкую гримасу.
– Это мой внук Джеред Макгаранд. Ума не приложу, как такое могло случиться, – с трудом проговорил он.
– Мы постараемся выяснить, сэр, – пообещал сержант.
– Шлакоблоки из-под трейлера либо выбили, либо они выкатились сами, – вмешался один из детективов. – У вас есть какие-нибудь соображения?
– Ну как они сами могли выкатиться? – возразил Браун.
– Да, сэр, мы тоже сильно сомневаемся, – согласился сержант. – Возможно, он поддомкратил трейлер, чтобы поправить шлакоблоки...
– А куда вы дели собак? – перебил его Браун, глядя на пустой вольер.
Полицейские посмотрели вокруг себя, потом друг на друга, потом уставились на Брауна.
– И сколько их было, сэр? – спросил сержант. – Видите ли, когда мы прибыли, здесь никаких собак не было.
– У него было три питбуля. Из вольера он их никогда не выпускал. Только когда мы брали псов на охоту.
– А врагов у вашего внука не было, мистер Макгаранд? – поинтересовался один из детективов – судя по выговору, они с сержантом выросли в местных горах.
Разве что тот тип в арсенале. Невиданный чудной комбинезон, абсолютное хладнокровие под огнем, ответной стрельбы открывать не стал, убегал зигзагами... Не иначе, профессионал. Значит, дело тут куда серьезнее, нежели розыск пропавших студентов. Инстинктивно Браун решил пустить копов по ложному следу. Переминаясь с ноги на ногу и разглядывая носки ботинок, он принял сконфуженный вид.
– У моего внука? – Он поднял глаза, обильно слезящиеся от «Викса», что было очень кстати для полноты картины. – Как бы вам сказать... Женщинами уж очень увлекался. Они ему отвечали взаимностью, если понимаете, о чем я говорю. В том числе и замужние. В субботу у нас с ним была назначена встреча, но Джеред ее отменил. Позвонил и сказал, что у него неожиданно изменились планы и вечером его ждет в гости подружка. Муж ее вроде по делам уехал... Сколько раз я его предупреждал!
Полицейские, синхронно кивая, торопливо строчили в своих блокнотах. Речь шла о простых вещах, хорошо им знакомых и понятных. К тому же вырисовывалась вполне достоверная версия, есть за что зацепиться.
– А кто она, случайно, не знаете? – вмешался один из детективов.
– Нет, сэр. Имен Джеред никогда не называл. Думаю, одна из тех, кому он чинил телефон. Внук предпочитал работать без напарников и обычно брал заявки на ремонт в самых отдаленных уголках округа, куда другим тащиться не хотелось.
Один из копов захлопнул блокнот и чуть ли не бегом бросился к патрульной машине, где принялся возбужденно говорить по рации. Клюнули! Браун вновь опустил глаза, боясь выдать свою радость. Однако его не переставала мучить одна неотвязная мысль. Что в таком заурядном по всем статьям деле могло заинтересовать федеральных агентов?
– Сэр, может, пройдете внутрь посмотреть, не пропало ли что-нибудь из вещей? – попросил его второй полицейский.
