Сезон охоты полностью

– Повторяй за мной: Я сознаюсь и каюсь в преступлении перед его высокопреосвященством и грехе перед Престолом Небесным. Признаю, что я ведьма, сиречь колдунья, что сбивала с истинного пути верных овец Божиих и нарушала Божий замысел, каюсь в своих грехах и молю об искуплении и очищении души.

Девушка с трудом повторила за служителем церкви. Как только она закончила, её тут же освободили от цепей, дали напиться воды и протянули ей пергамент на подпись.

– Подпиши здесь, дочь моя, и ты будешь свободна.

Ничего уже не понимающая ведьма покорно вывела дрожащей рукой свою подпись под собственным приговором.

– Я помолюсь о твоей душе, ведьма со странным именем Ирина. Уведите её в камеру.

– Святой отец, – один из рыцарей-храмовников, пришедших за ведьмой, обратился к инквизитору, – не опасно ли держать ведьму без кандалов?

– Она уже покаялась в грехах и заслужила толику снисхождения. А в сей святой обители её темная сила никому не сможет причинить вреда. Святые реликвии в стенах и наша вера лишили ведьму зла.

Рыцарь поклонился и повел смертельно уставшую девушку в камеру.

Транспортные вертолеты набрали высоту и направились к основному лагерю. Мы проводили их взглядом и принялись за работу.

В поисках ролевиков было решено отправить несколько отрядов далеко на север. Там среди лесов лежали земли благородных рыцарей и мудрых королей, прекрасных принцесс, уютных городов и величественных замков. Разведка магическими методами выяснила, что в охваченные феодальными междоусобицами королевства попали семеро ролевиков. Их нужно было найти и вернуть, действуя самостоятельно и без помощи основных сил экспедиционного корпуса.

Нам тоже повезло с экскурсией по типичному средневековью. В укромном и неприметном месте мы разбили лагерь, построили импровизированные укрепления и развернули легкую артиллерию. Этого должно было хватить, чтобы продержаться до подхода основных сил Ордена в этом мире.

Оказалось, что работать здесь будет гораздо сложнее, чем в степи на юге. Тут в самом разгаре была хмурая, слякотная осень с сильными ветрами, частыми дождями и ночными заморозками. Но погода – это полбеды, хуже то, что людей здесь значительно больше, чем на юге, и плотность населения выше. Здесь уже не полетаешь на вертолетах, и вообще, начальство отдало четкий и недвусмысленный приказ: работать тихо.

Колю последний факт возмутил до глубины души:

– Да какого хрена нам с этими недоразвитыми церемониться?

– Мы не имеем права вмешиваться в судьбу чужого мира, – ответил Алексей.

– Да они же, блин, режут друг друга тысячами и десятками тысяч мрут от болезней! Ну пристрелим мы сотню-другую, что такого?

– Мы. Не имеем права. Вмешиваться. В судьбу. Другого. Мира!

– Все проще, – вмешалась Феникс. – И мораль тут ни при чем. Любое наше вмешательство провоцирует серьезные волнения в этом мире и изменения в его судьбе. А это вызовет далеко идущие волны изменения в ткани реальности и нитях судьбы, сами по себе они не очень опасны для нас, но их интерференция может привести к непредсказуемым последствиям.

Мы с Колей переглянулись и почесали затылки.

– Интерференция – это же что-то из физики? – поинтересовался он. – При чем тут мы?

Феникс махнула на нас рукой и пошла по своим делам, Алексей сам ничего толком не понял, и только усмехнувшийся Федор решил нам все объяснить на человеческом языке:

– Законы физики – это краеугольные законы магии. Интерференция – это наложение одинаковых волн друг на друга с их усилением или ослаблением. Это понятно? Так вот пристрелишь ты тут барона какого-нибудь и скажешь: «Пустяки, дела житейские». А вот наследники его войну между собой устроят, ты скажешь: «Ну а нам какое дело?» Но ведь война началась не просто так, а из-за тебя. А сколько судеб она изменит? И вот когда в нашем мире вдруг вспыхнет война или атомная станция внезапно рванет – это уже будут не пустяки. Ясно?

– Да вроде… а почему мы тогда кочевников так лихо валили?