После седьмого удара меч сломался. Я отбросил в сторону бесполезный обломок и, окончательно озверев, полез на рыцарей и стражников с голыми руками. Они испуганно отшатнулись.
– Берсерк! – испуганно крикнул кто-то.
– Он всего один! Убейте его! Навалитесь все разом!
По команде старого опытного десятника стражники дружно ударили в меня копьями и алебардами. Один из них ранил меня в бедро, еще два копья скользнули по кольчуге. Я рванулся вперед, получил кинжалом в живот, но сломал шею одному и пробил голову другому врагу. Вырвавшись из кольца, я прыгнул на рыцаря и пнул ногой в нижний край щита так, что верхний край врезался ему в кадык, ломая его.
К чести моих врагов надо сказать, что никто из них не дрогнул и не побежал. Отчаянно ругаясь и боясь меня, они упорно сражались. Услышав крики справа, я глянул туда и увидел краем глаза, что там арбалетчики падают от исключительно метких белых стрел.
– Игорь!!!
Отчаянный крик Феникс на мгновение привел меня в чувство, и это стоило мне еще одной раны в живот! Оторвавшись от врага на пару мгновений, я обернулся и увидел, что волшебница уже окружена священниками и храмовниками. С рыком я кинулся к ней, но не успел…
Повинуясь внезапно проснувшемуся чувству опасности и звериному инстинкту выживания, я упал на брусчатку и закрыл голову руками. По ушам ударил пронзительный крик Феникс, и… надо мной прошла волна невыносимого жара. Несколько мучительно долгих секунд я чувствовал себя курицей в духовке и даже почуял запах собственных паленых волос. Но потом внутри меня стало очень жарко, словно кто-то развел там огонь, и этот огонь вышел из меня, смешиваясь с бушевавшим рядом пламенем и защищая меня от него…
Я осторожно поднял голову и открыл глаза. Везде вокруг меня бушевало неистовое ярко-рыжее пламя Феникс. Но каким-то странным образом этот огонь никак не вредил мне и даже не поджигал мою одежду. Через несколько секунд огненный шторм утих, открывая жуткую картину…
Часть эшафота осталась относительно невредимой. «Кольцо огня» начало действовать в полную силу в двух метрах от Феникс, так что лежавшие рядом с ней ведьма и её помощница, к счастью, не пострадали. А это было бы верхом иронии – спасти от казни только для того, чтобы потом самим сжечь. Сама рыжая волшебница стояла совершенно обнаженной, с отсутствующим взглядом и чуть покачиваясь, на её волосах опадали последние языки пламени.
– Феникс, – я подбежал к девушке и поискал взглядом хоть что-нибудь из одежды но, увы, все сгорело. – Феникс, ты меня слышишь?
Я осторожно взял девушку за плечи и повернул к себе, глаза у неё были ярко-рыжими, словно огненными. Волшебница находилась в подобии транса, и выводить её из этого состояния надо крайне осторожно, по себе знаю.
– А, что? – рыжее пламя медленно ушло из глаз Феникс, и они стали обычного цвета – ярко-карими.
– Ты в порядке?
– Голова очень кружится и… можно я сяду?
Я осторожно опустил девушку на доски эшафота и огляделся. Одно радует – врагов в ближайшее время можно не бояться…
От горящих тел шел тяжелый мерзкий сладковатый смрад. От жара люди обуглились до неузнаваемости, а на рыцарях оплавились доспехи. Везде, куда хватало глаз, пылал огонь, уже не магический, а самый обыкновенный и от этого более страшный.
Над городом поднимался густой черный дым, через который не могли пробиться лучи солнца, и, несмотря на полдень, вокруг нас царил полумрак. Пламя ревело, жадно обгладывая стены домов, к небу взметались снопы искр, с треском проваливались крыши, горели даже каменные ратуша и собор.
– Это… все я сделала…
Я обнял девушку и прижал к себе, пытаясь успокоить:
– Тихо, тихо, все в порядке. Главное, что мы живы, а с остальным разберемся.
– Но… я…
– Феникс! – я отстранился и резко встряхнул напарницу. – Не думай об этом! Ясно тебе? Бой еще не кончился. Так что не смей распускать сопли! Ясно!
– Хорошо…
К счастью, рыжая очень устала и поэтому соображала с трудом. Её сильно тянуло в сон, так что она уткнулась лицом в колени и закрыла глаза.
А мне пришлось думать, что делать дальше. К счастью, до стены сплошного огня было метров пятнадцать, но и так чувствовался нестерпимый жар. Нечего было и думать о том, чтобы спастись самостоятельно, насколько я понимал – сейчас любое магическое усилие может просто убить Феникс. А сам я сгорю и задохнусь, не пробежав через сплошной огонь и десяти метров. Да и куда бежать одному? Я достал и включил рацию, и сразу услышал крик Алексея:
– Да млять вашу на ***й мать! Я тебя сам вы**у, г**н ты конченый! У меня двое людей там помирают! Мне, сука, сейчас нужны твои долбаные вертолеты! Свое начальство в жопу себе засунь!
– Да что я могу сделать?! – орал в ответ дежурный. – Все машины заняты. Что вы там вообще устроили?!
– Что происходит? – раздался вдруг в эфире уверенный голос командира экспедиционного корпуса, генерала Иваненко. – Кто разрешал стрелять? Почему ваши подчиненные нарушили прямой приказ?
