Махнув рукой в ответ на недоуменные восклицания О’Донован и Вирры, Николай догнал офицера. Они шли молча. Переход, казарма, привычная обстановка третьей секции, в которой он провел долгие месяцы — почти дом за неимением альтернатив. Усатая морда кота, нацарапанная им на стенке подле кровати. Он прикипел к десантному бытию…
— Берите личные вещи. Нас ждет транспорт. — Лейтенант холодно кивнул.
Николай склонился над тумбочкой. Очередной поворот, очередная смена декораций… «Я не успею попрощаться», — вдруг понял он. Друзья останутся в неведении касательно его судьбы. Но у них будет чем заняться, они десантники — поймут. «Ринна». — Николай замер. Предательские инстинкты самосохранения утверждали, что ей полегчает. В последние месяцы она отдалилась — сменила койку и окружение. А на все попытки объясниться отвечала молчаливым уходом. Ее выбор…
— Готов, — сказал Николай, забрасывая на плечо походную сумку.
Белая неуловимо-обтекаемая комната. Два полупрозрачных стола, пара стульев и более ничего. Скудность интерьера не позволяла разгуляться фантазии. Николай созерцал безликое нечто и тщетно боролся с любопытством. «Зона 25», — надпись встретила его по прибытию в ЦУКОБ. Украшая большинство углов секретного дока, она ровным счетом ничего не объясняла. Тихий ангар, незаметный персонал, стук каблуков и шипение радиопереговоров также не внесли ясности.
Подперев голову руками, Николай гипнотизировал дверную панель. Рано или поздно она откроется… И что тогда?
— Рос. — В комнату вошел хольгон. Униформа на нем, не имевшая знаков отличия, странно бликовала в свете плафонов. Устроив на столе разобранное копье — наконечник отдельно, древко отдельно — он сел и представился: — Куратор Атрат.
— А я тот, который, — кивнул Николай. Он заинтересованно подался вперед: что-то будет.
— Ваш юмор неуместен. — Атрат недоуменно приподнял бровь. — Зона 25 — территория охотников. Их тренировочная база, их дом… Через год вы присоединитесь к ним. Если отнесетесь к делу серьезно. Ясно?
— Вполне.
— Тогда начнем. Расставим, так сказать, акценты. — Он подхватил наконечник копья. — Сперва официоз для масс-медиа. Вопреки расхожему мнению охотники не одиночки; они лишь верхушка айсберга — фронтальная сила, опора которой — десятки подразделений Управления. Без информационной и технической поддержки охотники не мыслимы как эффективная боевая структура.
Николай медленно кивнул: насколько он понял Атрата, элита выполняла показную работу, ориентируясь на общественность. Для более тайных операций у ЦУКОБа припасены иные бойцы — в зоне 24 или 26. Об их талантах не знали, об их существовании не ведали. Никто.
— Наглядный пример. — Куратор любовно погладил наконечник: — Это Охотник, древко копья — роль вспомогательных структур. В сцепке они несоизмеримо более мощное оружие чем по отдельности. Именно это вам необходимо уяснить и именно так отвечать на официальных брифингах с представителями федеральных властей. Мы поняли друг друга?
— Да.
— Быстро вы… Тогда перейдем непосредственно к дерьмовой правде. Охотники просто символ, страшный жупел для Черного Братства. Пугало, которое приходит и убивает при свете дня, пугало, которое не остановить. Тебе дают цель, вводную и бросают в самую сердцевину. Никаких импровизаций, все просчитано, проанализировано и распланировано умными дядями и тётями. Ты просто карающая длань, красиво и неудержимо идущая от точки «А» к точке «Б». Рекламный слоган.
— Из вас хреновый маркетолог, вы в курсе?
Лицо хольгона осталось бесстрастным. Он с равнодушным спокойствием смотрел на собеседника.
— Вас, охотников, трудно убить и это ваш единственный плюс. Поэтому вас будут с завидным постоянством посылать на смерть. Хотелось, чтобы между вами и ЦУКОБом не возникло недопонимания.
— Вы не поверите, насколько этот плюс мне дорог.
Атрат пожал плечами.
— Рад, что не разрушил мечту. Я отведу вас к тренировочному комплексу, который на ближайший год станет вашим домом. Никаких увольнительных, никаких развлечений, контакты с внешним миром минимальны и только через меня. Тренировки в режиме 24 на 7. Трудно, больно, невыносимо.
— Вы испытываете мое терпение. — Николай устал от попыток хольгона донести до него истину, в которой он не нуждался. Он пришел в ЦУКОБ, чтобы спастись, и цель все ближе.
Куратор расщедрился на легкую ухмылку и стремительно переместился к двери.
— За мной, Рос.
«Однообразный, чувствую, будет год», — мрачно вздохнул Николай. Металлические конструкции станции, чернь космоса на экранах и неизменная компания инструкторов заранее надоели ему. Но сумей он представить таланты специалистов по псевдореальности, призванных обеспечить курсы подготовки охотников, его пессимистичный настрой плавно перешёл бы в диарею. Со все присущей Федерации деликатностью.
***
Не хватало воздуха. Сизая пелена дыма удушливыми объятиями сжимала горло. Николай закашлялся и очнулся. Крепко его приложили; здание, где он находится, горело никак не менее пятнадцати минут.
