— Мы с мужем совсем не верим в то, что говорит пресса, уверены, что Антон справится со всеми проблемами, передавайте ему от нас с Игорем привет ему и пожелания скорейшего разрешения этой неприятной ситуации.
Виктория улыбнулась, сообразив, наконец, что познакомилась с соседкой, Натальей, о которой недавно говорил Илантьев. Кивнула:
— Да, обязательно передам.
— Если нужна помощь, заходите! — махнула рукой Наталья, уже скрываясь в кабине лифта.
Виктория слышала, как сопит за дверью Бунька, как вздыхает и скребется о порог. Поторопилась отпереть.
— Бонифаций, Буня, это я! — она снова просунула ладонь с щель. Лабрадор уткнулся в нее, вобрав с ладони все тревоги этого дня и посмотрел вопросительно. — А папа еще не может приехать, пока только я. Но зато я вся твоя!
Она наклонилась и обняла собаку. Тот вильнул хвостом, сел у порога.
Виктория сбросила куртку, обувь и прошла в глубь квартиры.
Она только теперь ее разглядела. Простая и лаконичная, без пафоса и показной роскоши, очень удобно и со вкусом обставленная, по-мужски сухо и немногословно. Стального цвета окрашенные стены, светло-серый мрамор на полу, кое-где отделка белым и хромом. Белые тюль в пол. Круглые напольные светильники на темно-серых подставках. Рассеянный свет. Двери в тон стен.
Квартире не хватало тепла. Она была словно с картинки модного интерьерного журнала — выхолощенная и чистая. В ней могли жить манекены.
Виктория толкнула первую дверь и оказалась в комнате Дениса — ее тоже прибрали и приготовили к появлению хозяина, но то, что он есть. Было видно невооруженным глазом — по исцарапанному столу, оранжевому пятну на шторе, оставленному, очевидно, акварельной краской. Дверца шкафа немного покосилась, плед на кровати явно принадлежал другому интерьеру, был ярко-желтым и изрядно потрепанным. В углу, у стола, Тори заметила заношенные, но отмытые до блеска, кроссы.
Виктория вышла, прошла в следующую комнату. Ею оказалась спальня Антона. Большая кровать, застеленная по-спартански аккуратно черным покрывалом. Темная мебель, ни одного зеркала. Через приоткрытую дверь в ванной проникал приглушенный свет из окна в ванной. Эта комната говорила о хозяине только то, что он иногда спит. Антон не жил, вытравив свою жизнь до безликого серого цвета. Виктория открыла шкаф, провела рукой по вывешенным в линейку пиджакам — темно-серым и серо-синим, галстукам — синим и черным, рубашкам — исключительно белым. Она попыталась вспомнить, во что был одет Илантьев в лень их первой встречи и потом, когда они работали над программой библионочи. Всегда выходило, что он был в сером или серо-синем костюме с галстуком и белой рубашкой. А она никогда не замечала. Ей было важнее, как улыбались его глаза. Образ Илантьева — улыбчивого и немного смущенного, а на фоне — солнечный день, аромат кофе и шелест бумаг, ощущение общего дела и отсутствия преград — всплыл в памяти. ОТ него стало тепло в груди. Бунька, перемещаясь за гостьей по квартире, норовил везде прилечь на ноги, стоило только остановиться. Вот и сейчас, пока Виктория стояла посреди хозяйской спальни, собака свернулась «калачиком» на ее ногах. Тори наклонилась, погладила пса по спине:
— Зато ты его прекрасно характеризуешь, — улыбнулась она.
В дверь позвонили: Женя Марков привез телефон и рабочий ноутбук Илантьева. Бунька, подскочив, побежал к двери, запыхтел в замочную скважину.
— Я принес! — громогласно возвестил Марков, вваливаясь в квартиру и мгновенно занимая собой все пространство. — Сегодня в офисе сплошные разборки, сослуживцы охотно топят друг друга, сообщая о коллегах все новые и новые подробности. Господин Тарасов, как оказалось, — не единственный охотник за нашей документацией, планами и прочим.
Виктория прошептала:
— Нашли езе «кротов».
— Целое стадо! — Марков уже подсоединял ноутбук и вводил код для подключения к домашнему интернету. — Или как там обозначаются кротовьи семейства.
— А что можно похитить у простого предпринимателя? — поймав на себе озадаченный взгляд Маркова, Тори присела за стол, подперла кулаком щеку. — Нет, ну правда. Что такого можно своровать у простого предпринимателя. Антон ведь не долларовый миллиардер, на сколько я знаю. Или да?
Евгений коротко хохотнул и вернулся к настройке ноутбука, достал из сумки компьютерную мышку, подключил к USB-порту.
— Вы, Виктория, словно с другой планеты… Это московский предприниматель, который претендует на кусок местного пирога, при том — технологично претендует… Чуете?
Он щелкнул пальцами, словно фокусник, и снова вернулся к подключению ноутбука, подключил его к сети.
— Я из другого мира, — девушка пожала плечами. — В моем мире сведения не воруют.
— Ага, в вашем мире воруют ценные издания и забывают вернуть в библиотеку книжку… — Он выпрямился и принялся загибать пальцы: — Угоняли клиентов, базу данных поставщиков, перебегали дорогу с контрактами, сливали планы и концепции продвижения… И это только то, что я выяснил за эти дни, прикиньте. У меня такое ощущение, что я разворошил осиное гнездо. Брр.
Его передернуло.
