— Это еще что тут за бедлам? — грозно спросила она и сама себе ответила: — Я всегда говорила Павлу, что из тебя ничего хорошего не выйдет. И даже хозяйка из тебя никакая. Устроила из дома проходной двор.
— Ваша мама? — сочувственно спросил гость, когда Маргоша, гневно шлепая тапками, удалилась прочь.
— Бог миловал, всего лишь тетя.
Лешка, презрительно хмыкнув, удалился в гостиную и врубил телевизор.
Делать было нечего, пришлось принимать дорого гостя, метать на стол остатки ужина и ждать, когда он наконец объяснит истинную причину своего визита. В том, что она имелась, я не сомневалась ни секунды.
Прокомментировав последний прогноз погоды, воздав должное маринованным грибам моей мамы, отвесив пару комплиментов коту и один мне, выдержав паузу, Алеша распорядился:
— А теперь поговорим о девочках.
— А что с девочками?
— Настасия, вы и сами знаете, что с ними. И я это тоже уже знаю Меня интересуют обстоятельства. Как подобное могло произойти?
— Что вы от меня хотите? Откуда я знаю как? Меня не было с ними. Лодка взорвалась, едва они отплыли от берега.
— Оставьте! И не вешайте, говоря сообразно, мне лапшу на уши! — Нервничая, Алексей начинал чуть путаться в русском языке. — Зачем вы были рядом с ними?
— Господи, и вы туда же… Да я понятия не имею. Накануне праздников в наш офис пришел их отчим…
Я коротко поведала Алеше предысторию, чем еще больше озлобила его. Внезапно мягкое, даже немного инфантильное лицо юноши окаменело, он сделал какое-то едва уловимое движение рукой, и у моего горла закачалось тонкое, ослепительно блестящее в электрическом свете лезвие.
— Вы скажете мне, или будет хуже!
— Я… я сейчас буду кричать…— прошептала я.
— Кричите, это все равно не поможет. Я не уйду, пока вы не скажете мне правду!
— Хорошо, — согласилась я, — режьте меня, можете даже выпить всю мою кровь. Все равно добавить мне нечего.
Парень впился в меня взглядом, на какое-то мгновение мне показалось, что он и правда выпил всю мою кровь. От слабости меня начало вести. И лишь когда я стала медленно клониться на стол, он убрал свой странный, волной изогнутый нож, спрятал его под свитер и отодвинулся от меня.
— Моя мать теперь не находит себе места, она мечется, вы отняли у нее покой.
— При чем здесь, Алеша, ваша мать?
— При том! Она добрейший человек и теперь считает себя виноватой. Клянет за то, что не почувствовала плохого. Да и я! Хорош дурак! Этот взрыв был не случайным и не последним. Как я мог не догадаться! Кретин!
— Так, стоп, давайте по порядку. Заканчивайте истерику и объясните мне. У вас самого есть какие-то версии? И почему вы проявляете такой интерес? Вы… вы были как-то связаны с сестрами?
— Что? — побледнел Алеша. — О какой связи вы толкуете? Это человеческий интерес, Настасия; вы понимаете, что такое человеческий интерес?
— Ага, — кивнула я.
В тугой клубочек запутывалось все больше судеб. Теперь еще и Алеша каким-то непонятным образом оказался замешанным в эту историю. Интересный паренек… С ножом обращается, как я с вилкой. Легко впадает в раж, но так же быстро приходит в себя.
— Настасия, прошу! Будьте со мной откровенны! Если вы честный человек, то расскажите все, что знаете.
Как же, сейчас я тебе все расскажу! Даже если бы знала, сто раз подумала.
— Алеша, поверьте мне, я действительно во всем этом человек случайный. Я — пешка. Вы понимаете, что такое пешка?
— Я понимаю, что такое пешка. Но вы, Настасия, совсем не похожи на пешку. Как я могу вам верить?
— Ваше дело. Можете не верить. Глупо переубеждать вас. Но больше мне сказать нечего. Все эти взрывы, гибель девочек, странный маршрут… я никак не могу прокомментировать это.
— Вам можно верить? — глядя мне прямо в глаза, спросил Алеша.
— Вам решать, — не отводя взгляда, ответила я.
— Хорошо. Наверное, я приму решение быть с вами откровенным. Но мне надо подумать. Могу попросить вас о новой встрече?
— Да вы, Алеша, как я понимаю, и не спрашиваете о таких вещах.
— О, простите, не такой уж я болван. Мне обязательно надо было с вами встретиться. И так, чтобы об этом никто не знал. Поэтому не стал звонить. Не исключено, что меня могут прослушивать.
— Господи, какие страсти.
— Это еще что. Если вы не врете и действительно не в курсе, то смею вас уверить — пока вы видите лишь маленький кончик айсберга. Там, под водой, такое…— Алеша широко развел руки и тут же бессильно опустил их. — Сейчас мне надо идти. Простите меня, тезка, — крикнул он в сторону гостиной, — я нарушил ваш семейный вечер, но, поверьте, ничего личного.
— Идите уж, Алексей, — слегка подтолкнула я в спину странного гостя. Лешка уже и так сдерживался из последних сил. И хоть сейчас мне было в общем-то плевать, что он там себе думает насчет меня и моих гостей, чересчур обострять ситуацию не хотелось.
— Настя, я, кажется, начинаю понимать, какое место занимаю в твоей жизни. Работа вместо Нового года, командировка вместе каникул, странные гости по вечерам и бесконечные посиделки с подругами и коллегами… Мое место очень маленькое. Такое маленькое, что мне порой и не поместиться на нем.
