– Бостон Флемминг – местная художница по текстилю. Она вручную раскрашивает ткань. Очень эксклюзивно и очень недешево. Наша лавка – единственное место, где можно купить ее изделия. Когда она не работает для конкретных клиентов, то воплощает в жизнь новые идеи, а мы продаем результаты.
– Мило, – одобрила Мишель. – Выглядит дорого.
– Около ста долларов за ярд[9].
Мишель моргнула.
– Ну, пока что я не собираюсь покупать новое покрывало на диван.
Они проработали весь перечень товаров. Согласились, что надо сохранить книги и добавить новые работы местных художников, поспорили насчет типичных сувениров вроде магнитов и ручек. Мишель хотела их убрать.
– Мы работаем на туристов. Бабушки часто хотят привезти что-нибудь внукам, – возражала Карли. – Эти мелочи приносят нам деньги.
– Ладно, – буркнула Мишель. – Ты права.
– Никогда не надоест это слышать.
Мишель открыла было рот, чтобы ответить ей, но перевела взгляд – и ее глаза распахнулись, а губы растянулись в удивленной и радостной улыбке.
Карли не успела сообразить, что случилось. Мишель проскочила мимо нее почти бегом и распростерла руки.
Карли повернулась и увидела, как она бросилась к высокому темноволосому мужчине, который только что вошел в сувенирную лавку.
– Я проигнорировал табличку «Закрыто», – сказал он и подхватил ее на руки.
– Ты приехал! – радостно воскликнула Мишель. – Даже не верится, что ты здесь.
– Я приехал повидать тебя. Как и обещал.
Они смеялись, и мужчина даже покружил Мишель. Карли чувствовала, как они привязаны друг к другу и как радуются встрече.
«Значит, в жизни Мишель есть мужчина», – подумала она, повернулась и тихонько вышла, оставив их одних. Видный мужчина с улыбкой в глазах. Везет же некоторым.
– Не могу поверить, что ты здесь, – сказала Мишель, снова обнимая Сэма. – Почему ты не сообщил мне, что приедешь?
– Я просто взял и приехал.
Его легкая усмешка, веселые морщинки вокруг глаз – все было так ей знакомо.
– Как я рада тебя видеть.
– Я тебя тоже.
Они вышли из лавки, и она повела Сэма через холл в ресторан. Ланч еще не начался, но она показала Сэму на столик и направилась за подогревавшимся кофейником.
– Ты сядь, – сказал Сэм, догоняя ее. – Я сам принесу кофе.
– Я так плохо выгляжу?
– Ты хромаешь. Не люблю, когда тебе больно.
Рядом с ним она впервые за много месяцев чувствовала себя под надежной защитой.
– Когда ты приехал на остров? – спросила она, когда он вернулся. – На утреннем пароме?
– Я тут уже несколько дней, – ответил он, усаживаясь напротив.
– Что? И ты даже не позвонил мне?
– Я хотел тут немного оглядеться. – Он подвинул к ней сахар. – Ты так много рассказывала об этих местах, и мне нужно было убедиться, что твой знаменитый Ежевичный остров в самом деле такой замечательный, как ты обещала.
– Ну и как?
– Мне тут нравится.
– И ты не мог сначала заглянуть ко мне? Надо было одобрить мой родной город?
– Я устраиваюсь тут на работу. Вот почему не явился к тебе сразу после приезда. Ты не против?
Его темно-синие глаза глядели на нее. Он ждал ответа. Она знала, что он уедет с острова, если она скажет ему. Он не сделает ничего, что может огорчить ее или обидеть. Он всегда был хорошим парнем.
– Что за работа?
На его лицо вернулась усмешка.
– Ты еще спрашиваешь?
– Шериф.
– Помощник. Но довольно скоро стану шерифом.
– Все точно пришли в восторг от твоего резюме.
– Оно их впечатлило.
Сэм служил в армии двадцать лет и почти все годы в военной полиции. Его опыту и квалификации мог позавидовать любой провинциальный шериф.
– Тебе нужна характеристика? – спросила она.
– Пока нет.
– И все-таки ты мог бы сообщить мне, что ты здесь.
– Мне хотелось сделать тебе сюрприз и сообщить, что я устраиваюсь на работу. Поэтому ждал результата. – Он взял ее за руку. – Как у тебя дела?
– Нормально.
Его улыбка померкла, темно-синие глаза пристально посмотрели на Мишель.
– Уфф. – Она высвободила пальцы. – Серьезно. Все нормально. А как у тебя? Готов к гражданской службе?
Он провел ладонью по волосам – пока еще коротким, по уставу.
– К каким-то вещам привыкаешь не сразу. Ты спишь?
– Почему мы говорим обо мне? Это не очень интересно.
– Мне интересно все, что касается тебя. Так ты спишь?
– Нет. Иногда. – Она обхватила кружку ладонями. – У меня кошмары. Уже достали.
– Ходишь в группу?
– И ты об этом, – простонала Мишель.
– Значит, нет.
Она посмотрела на Сэма из-под ресниц:
– Я сказала, что рада тебя видеть? Кажется, я поторопилась.
– Вовсе нет.
Сэм был прав. Он был одним из немногих людей, кому она абсолютно доверяла. Когда он был рядом, она знала, что ее спина надежно прикрыта.
– Если ты не хочешь говорить о своем эмоциональном здоровье…
– Не хочу, – перебила она.
– Как твое бедро?
– Лучше. Еще болит, и я устаю, но уже обхожусь без рецептурных обезболивающих. Теперь пользуюсь самыми обычными.
А еще теми, что булькают в бутылке, но ему не обязательно знать об этом.
– Например…
Она замолчала и посмотрела на него.
– Постой-ка. Раз ты на острове уже несколько дней, где ты остановился? Не у нас же.
– Когда я позвонил, мне сообщили, что нет мест.
– Надо было спросить меня. Я нашла бы для тебя что-нибудь.
Он засмеялся:
