Каждый боец криминальной пехоты мечтает выбиться в крупные авторитеты. Эльдар не только мечтает: он воюет в банде Казака против банды Циркуля, но ему глубоко наплевать на обоих. Он сам хочет стать хозяином города, а то, что для этого надо убивать, убивать и еще раз убивать, его не смущает. Он мочит, подставляет и разводит, пока не добивается своего – город «под ним». Одного не учел жестокий отморозок – опера Константинова. А ведь предупреждали – обходи этого мента стороной. Не послушал, а теперь дело, похоже, пахнет тюремной баландой, а может, кое-чем и похуже...
1
Мировой империализм, это исчадие загнивающего капитализма, двумя ногами стоял на крепкой почве Земного шара. Замполит Звонарев прочил ему скорый крах, но гидра буржуазная и не думала сквозь землю проваливаться. Зато социализм оказался в полном ауте – Союз разлетелся на куски. Но дембель все равно состоялся. И старший сержант Мастак вернулся домой. Эльдар на всю жизнь запомнит этот знаменательный день – вторник, двадцать второго октября одна тысяча девятьсот девяносто первого года. Родной Новожильск, встречай своих героев!
Служил он в Хабаровске, в мотострелковых войсках. Часть строевая, командир строгий – боевая и политическая подготовка на первом месте. Тяжко было. Но на то она и армия, чтобы терпеть тяготы воинской службы. «Духом» был – терпел, «черпаком» – терпел, «дедом» – тоже терпел. Заместитель командира образцово-показательного взвода, отличник боевой и политической подготовки, все дела. Короче, отцы-командиры отправили его домой первой партией – в качестве поощрения. И надо сказать, Эльдар не сопротивлялся. Он этой армией был сыт по горло. В принципе, жаль было расставаться со своими боевыми друзьями, но ведь и дома есть друзья. Но больше всего радовала предстоящая встреча с Натой. Девчонка два года ждала его. И какая девчонка! У самого командира роты челюсть отвисла, когда Эльдар по случаю показал ему фото своей девушки. Настоящая красавица.
В армию Эльдар уходил из Мазутного квартала, на окраине города, – там жила Ната, там жили его друзья. А возвращался на улицу Герцена, почти что в центре города. Отцу квартиру там от завода дали – трехкомнатную, улучшенной планировки, со всеми удобствами. Первомайский Дворец культуры в двух шагах, по соседству городской парк с аттракционами, магазины с огромными витринами, троллейбусы ходят. Короче, никакого сравнения с Мазутой. Но уж лучше бы он в свой старый район сейчас выдвигался. Там Ната, там друзья. Там есть, кому глянуть на него – заценить его геройский вид. А в этих местах никто его не знает. Это только в песне все хорошо – «идет солдат по городу, по незнакомой улице, а от улыбок девичьих вся улица светла». А ни фига – нет никаких улыбок! Девушки вроде бы есть, а никто Эльдару не улыбается. Народ движется навстречу, и никому до него нет дела. Люди какие-то серые, жизнью прибитые. Может, потому, что на улице холодно и пасмурно. А может, безнадега давит. Реформы, бешеная инфляция, заводы закрываются...
Эльдар свернул во двор нового дома. Нашел третий подъезд, на лифте поднялся на девятый этаж. Дверь открыла мама. «Эльдар, сынок!..» Жаркие объятия, слезы радости...
Отец на работе, брат и сестра в школе. Но у Эльдара нет времени их ждать. Ему срочно нужно ехать в Мазуту, там его ждут.
– Ты не знаешь, как там Ната? – спросил он у матери.
– Не знаю, – пожала она плечами. – Давно не заходила... Наверное, ехать далеко. Да и чего ей здесь делать-то без тебя?
– Ну да, – кивнул Эльдар.
Последнее письмо он получил от Наты месяц назад. Все как обычно: люблю, жду. Раньше она писала чаще. На первом году службы по три-четыре письма в месяц, на втором – три-два по нисходящей. Может, ждать устала?.. Ладно, там будет видно, как и что...
Эльдар был бы не прочь щегольнуть в дембельской форме – негнущиеся красные погоны в золотой окантовке, аксельбанты, укороченная шинель, наглаженные до блеска яловые сапоги со шнуровкой. Да как-то не удобно. Он же уже причалился к отчему дому, теперь он гражданский человек, теперь ему должно ходить в штатском.
Он попробовал влезть в свою старую одежду и потерпел полное фиаско. Брюки лопнули по шву между ног, у рубашки отлетели пуговицы, когда он расправил плечи. Вырос он за два года, раздался вширь. И возмужал, конечно. Даже прыщи с лица слезли – потом их трудовым смыло. Натка ахнет, когда его увидит. И еще крепче влюбится...
Но маму не особо обрадовала его окрепшая мужская стать.
– Это ж одежку тебе покупать надо, – озадачилась она. – Костюм, куртку... Нога то хоть не выросла?
– Нет, как был сорок второй, так и остался... Да ты не волнуйся, я на завод устроюсь, сам заработаю...
Родители жили скромно. Работал только отец, мать на инвалидности, трое детей. Квартира отличная, но обставлена из рук вон плохо. Да и откуда деньга на приличную мебель, если с зарплаты надо обуть всех, одеть. Каждая копейка на счету. Оттого и призадумалась мать. И у Эльдара даже в мыслях нет в чем-либо ее упрекнуть.
– Да заработаешь... – задумчиво кивнула мама. – А в чем ходить, пока заработаешь?.. Ладно, что-нибудь придумаем.
