Странно. Это был мой третий разговор с Австралийцем - первый был во время нашей встрече в его доме (он же дом Динго), а второй был, когда мы перезвонили ему по телефону через два дня. И каждый раз мне казалось, что я разговариваю с тем, кто немного младше меня... И даже не только меня, но и всех нас (а Падди ведь совсем недавно исполнилось тринадцать). Технически, Австралиец должен быть ровесником Динго; голоса у них, как я уже говорил, совершенно одинаковы... Так в чём же дело? Может быть, в каких-то особых интонациях, "детских" нотках и слишком уж восторженном отношении к жизни? Я никак не мог понять, чей всё-таки характер был больше похож на собачий: человека, превратившегося в пса, или пса, превратившегося в человека. Пожалуй, оба, только в обоих случаях это выражалось по-другому.
Я глянул на часы. Было семь вечера. Через три часа можно было уже выходить... А пока нужно было просто отдыхать и набираться сил. Первая половина дня, как и обещал мистер Роман, была проведена "по обычному режиму" - то есть настолько активно, что всё остальное время до сего момента мы отходили после неё, выбитые из колеи отсутствием привычного распорядка дня.
- Ну что же... - протянула Айлин. - Может быть, пока поужинаем?
- И обсудим, о чём нам точно стоит поговорить с Австралийцем, - добавил Падди. - Если что-то забудем - вернуться на следующий день не сможем. Так что давайте заранее обговорим все интересующие нас темы и продумаем все вопросы.
Я медленно, молча кивнул. Он был прав.
III.
Ближе к ночи у меня стали появляться опасения по поводу того, пустят ли Динго в такси, однако он сам меня успокоил на этот счёт, сказав, что за деньги здесь повезут даже слона. Так что, в принципе, дорога туда у нас прошла без каких-либо приключений - если не считать парочки странно покосившихся на нас поздних прохожих (а мы по-прежнему выглядели достаточно экзотично). Первые проблемы же, как ни странно, возникли тогда, когда мы подошли к дому.
Австралиец сидел на качелях, приделанных к ветке того самого дерева, с которого я в своё время упал, и медленно, неторопливо покачивался глядя на дорогу - правда, в сторону, противоположную той, с которой мы подходили. Я окликнул его (Динго говорить вслух на улице не решался, всё-таки мог услышать кто-нибудь посторонний). Он вскочил на землю и начал озираться по сторонам; впрочем, уже через несколько секунд он увидел нас.
- Вы быстро, - с улыбкой сказал он, подходя ближе. - Хорошо, что вы пришли, есть одна вещь... Очень важная.
- Погоди, дай зайти, - проворчал Падди - не всерьёз, а скорее по привычке.
Однако зайти в уже знакомую нам по первому разу "комнату с кроликами" вот так просто не удалось: на лестнице мы столкнулись с родителями Динго (они же теперь были родителями Австралийца). Вот здесь-то и случилось то, о чём мы не подумали.
- Привет, ребята... - дружелюбно кивнула нам мать Динго, высокая черноволосая женщина... - А пса вы зачем в дом тащите?
У бедного Динго попросту отвисла челюсть. Мы все посмотрели на него - и прекрасно поняли, что только невероятным усилием воли он умудряется ничего не сказать в ответ. Все, конечно же, понимали, что его родители никак не сумеют опознать в здоровенном рыжем хищнике родного сына, но всё-таки фразочка для него была довольно жестокой.
- Действительно. Он может напачкать в доме или сломать что-нибудь, - заметил отец Динго, не подозревая, кого обвиняет в столь страшных грехах.
- Это точно вряд ли, - нелёгкую дипломатическую миссию взяла на себя Айлин. - О-он себе такого не позволит. Он очень послушный.
Динго только что головой не закивал, услышав эти слова.
- Ага, верно, - подхватил я. - И команды знает. Динго, к ноге.
Динго оказался у моих ног буквально в один момент и сел в такой позе, будто он был по меньшей мере гвардейцем Букингемского дворца.
- Ну... - с лёгким недоумением протянули, переглянувшись, взрослые. - Дик, а ты уверен, что...
- Конечно, уверен, - подтвердил Австралиец, сохраняя безмятежное выражение лица. - Я же их сто лет знаю. Всё в порядке. Пойдём наверх, ребята.
Пользуясь тем, что взрослые будто бы согласились (или, точнее, крепко задумались, никак не реагируя на происходящее вокруг), мы быстро поднялись в комнату Австралийца и закрыли за собой дверь. Уже заходя внутрь, я услышал негромкий диалог, произошедший между родителями Динго:
- Сто лет? А почему мы тогда всех этих ребят видим в первый раз? - это его мама.
- Да брось, дорогая, - а это, понятно, отец. - Пускай дети развлекаются. Пошли спать, я устал за сегодняшний день.
Негромко вздохнув, я повернулся к собравшимся:
- Фух... Вроде бы, обошлось.
- Ещё немного... - медленно, тихо проговорил Динго. - Ещё немного - и я бы поседел. Мне нельзя с ними сталкиваться. Нельзя. Если я сорвусь, это поставит под угрозу всех.
