— Не может быть, — проговорила ошеломленная Фрэнки.
Удерживая клавишу прокрутки, Габриель смотрел на дисплей, где сменялись фрагменты текста.
— Габриель, надеюсь, ты не воспринимаешь эту идею всерьез. У тебя ничего не получится.
— Раз Минналуш сказала, что получится, значит, так и будет.
— Только посмотри — это же сплошная абракадабра. — Фрэнки перевела взгляд на экран. — «Я шлюха и святая. Я жена и девственница». Что за порнография?
— Наоборот, — коротко усмехнулся Габриель. — Как сказано в пояснениях Минналуш, это строчки из гностического трактата, описывающего идеальный разум. А вот это, — он показал на другой абзац, — взято из кумранских свитков и текстов древних мандеев.
— Но в чем тут смысл?
— Не знаю, Фрэнки. Это зашифрованный язык, магическое заклинание.
— И оно заставит Морриган произнести свое тайное имя?
— Да. Сначала его нумерологический код, а затем и само имя.
— Безумие какое-то. — Фрэнки побледнела, будто от приступа тошноты. — Ты должен пройти через весь дворец и отыскать Портал. Потом, если тебе удастся попасть туда, нужно прочесть заклинание. Как ты собираешься это сделать, если Морриган вдруг распахнет дверь в Портал и твой мозг не выдержит?
Габриель ничего не ответил.
— И это еще не все. — Фрэнки пришла в полное отчаяние. — Даже если ты переживешь маленькое приключение в Портале, тебе придется отыскать обратный путь из дворца. Задачка не из легких, если учесть, что разум Морриган к тому времени превратится в суп-пюре.
— Фрэнки, у меня нет выбора.
— Выбор есть всегда.
— Я знаю, почему ты идешь на это. Месть, да? Ты решил отомстить Морриган за смерть Минналуш?
Габриель молчал.
— Месть — худший побудительный мотив.
— Мне подходит.
— Габриель…
— Фрэнки, дело не только в мести. Да, я хочу, чтобы Морриган заплатила за совершённое зло, но все куда сложнее. Морриган неуправляема, и только я способен встать у нее на пути. Конечно, может показаться, что я вдруг уверовал в Бога, но впервые в жизни я понял, что не случайно наделен даром дальновидения. Кто знает, что еще натворит Морриган, если ее не остановить? Она обязательно будет искать новую жертву для своей игры. Я не могу допустить, чтобы еще с кем-то случилась беда.
— Ты заблудишься. Это неизбежно, Габриель. Подумай, пожалуйста, подумай хорошенько, представь ужас вечных блужданий по лабиринтам дворца…
— Этого не произойдет.
— Как ты можешь такое говорить! — вскричала Фрэнки.
— У меня есть секретное оружие.
— Какое? — озадаченно спросила она.
— Ты.
Они лежали на кровати, крепко держась за руки. Окна были занавешены, дверь закрыта. В комнате царила почти полная тьма.
— Готова?
Пальцы Фрэнки стиснули ладонь Габриеля.
— Да.
— О'кей. Начали.
Габриель закрыл глаза и усилием воли замедлил дыхание, чтобы полностью расслабиться и освободить разум от эмоций. Если он будет напрягаться, то непроизвольно поставит ментальный блок и Фрэнки не сможет войти в его сознание. Сейчас необходимо, чтобы внутренний глаз оставался открытым. Облака, думай про облака. Невесомые, плывущие по небу…
Он почувствовал, как Фрэнки пытается проникнуть в его разум — робко, нерешительно. Ощущения были знакомые — словно повеяло благоуханным летним ветерком. Тренируясь в «Глазе бури», члены группы регулярно сканировали друг друга. Габриель неохотно соглашался на этот вид упражнений, но полного доступа к своему сознанию все равно не давал. Даже с Фрэнки он удерживал определенный барьер.
Но не сейчас. Впервые в жизни Габриель собирается отдать свою жизнь в руки другого человека. Сегодня он отправится в путь не один. Фрэнки станет первой, кто беспрепятственно проникнет в его разум.
Нет, не первой, напомнил он себе. Первой была Морриган. Габриеля передернуло — в памяти всплыла наглая уверенность, с которой Морриган шарила в его сознании тем вечером, когда они отмечали день рождения Минналуш. Тяжелый запах мускуса и красного жасмина окутывает его, словно туман, руки и ноги наливаются тяжестью, в чреслах растет возбуждение — Морриган грубо стимулирует центры удовольствия в мозгу Габриеля, и его единственное желание — отдаться ей полностью…
Он снова вздрогнул и постарался сосредоточиться на мысли о Фрэнки. Фрэнки, чье присутствие неизменно отличалось летней свежестью, прохладой ветерка. Внезапно Габриеля охватило отчаяние — их ментальная связь такая хрупкая. Выдержит ли эта тонкая ниточка?
Должна выдержать, твердо сказал он себе. Фрэнки — его козырь, единственная надежда победить самого безжалостного противника, с которым он когда-либо сталкивался; единственный шанс выбраться из дома миллиона дверей. Фрэнки будет его якорем. Подобно волшебной нити Ариадны, она выведет разум Габриеля из сложнейшего лабиринта. Разумеется, в том случае, если Габриель справится с тем, что Морриган уготовила ему в Портале, и если его аневризма внезапно не лопнет…
Успокойся. Сосредоточься. Сердце опять заколотилось, нужно замедлить дыхание. Габриель попытался расслабить шейные мышцы, затекшие от нервного напряжения.
