Норман рассчитал, сколько ему понадобится времени: одна минута войти вовнутрь, пять, может быть, шесть минут — одеть Бет и Гарри в костюмы. Еще четыре минуты на возвращение вместе с ними на борт. Две, три минуты на подъем.
Люк был закрыт.
Он прошел под здоровенными стояками модуля.
— Так ты вернулся, Норман, — сказала Бет по радио.
— Да, Бет.
— Слава Богу, — произнесла она. И зарыдала. Он находился под цилиндром А и слушал ее рыдания. Он нашел люк, покрутил колесо. Люк был заперт изнутри.
— Бет, открой люк.
Она плакала и не отвечала.
— Бет, ты меня слышишь? Открой люк.
Плачущая, как ребенок, истерично вскрикивающая Бет проговорила:
— Норман, помоги мне, пожалуйста. Пожалуйста.
— Я и пытаюсь помочь тебе, Бет. Открой люк.
— Не могу.
— Как это — не можешь?
— Это не приведет ни к чему хорошему.
— Бет, — начал он, — иди сюда…
— Я не могу сделать этого, Норман.
— Ну, разумеется, можешь. Открой люк, Бет.
— Тебе не следовало возвращаться, Норман.
Времени на препирательство не было.
— Бет, соберись. Открой люк.
— Нет, Норман, не могу.
И снова зарыдала.
Он перепробовал все люки, один за другим. Цилиндр В, заперто. Цилиндр С, заперто. Цилиндр D, заперто.
«Пожалуйста, внимание. Тринадцать минут и начинайте отсчет».
Он стоял у цилиндра Е, который затопило еще при первом нападении. Он заметил пробоину с неровными, рваными краями на внешней поверхности цилиндра. Дыра была достаточно велика, чтобы он мог пролезть через нее, но края были острыми, а если он порвет свой костюм…
Нет, решил он, слишком рискованно. Он двигался под цилиндром Е в поисках люка.
Нашел, повернул легко поддавшееся колесо. Приподнял круглую крышку, услышал, как она клацнула о наружную стену.
— Норман! Это ты?
Он подтянулся и влез в цилиндр Е, с неимоверными усилиями вполз на четвереньках вовнутрь. Он вновь закрыл цилиндр и на мгновение перевел дыхание.
«Пожалуйста, внимание. Двенадцать минут и начинайте отсчет».
Господи, подумал он. Уже?
Что-то белое промелькнуло у его лица, он в ужасе отпрянул, но это оказалась коробка с кукурузными хлопьями. Когда он попытался схватить ее, картонная крышка слетела, и хлопья посыпались желтым снегом.
Он находился в кухне. За плитой он заметил еще один люк, ведущий в цилиндр D. Цилиндр D не был затоплен, а значит, ему надо было как-то изменить соотношение давлений.
Он поднял глаза к люку в потолке, ведущему в спальный отсек. Он быстро вскарабкался наверх. Ему нужен был газ в любой емкости. В спальне было темно, только в воде, затоплявшей ее, отражались наружные огни. Одеяла и подушки плавали в воде. Что-то прикоснулось к нему, он обернулся и увидел темные волосы, обвивавшие лицо. Волосы проплыли по воде, обнажая лицо, и Норман заметил, как оно страшно искажено.
Тина.
Норман содрогнулся, оттолкнул ее тело. Оно поплыло дальше.
«Пожалуйста, внимание. Одиннадцать минут и начинайте отсчет».
Время идет слишком быстро, подумал Норман, теперь его хватало едва-едва. Ему уже следовало быть в модуле.
В спальне не было емкостей с газом. Он вновь спустился в кухню, захлопнув люк над головой. Он осмотрел плиту, печи, открыл одну из створок, откуда, пузырясь, вырвался газ. Газ скопился в печах.
Но все же что-то тут было не совсем так, потому что газ все прибывал. Струйка пузырьков продолжала сочиться из открытой печи.
Ровная струйка.
Что там рассказывал Барнс о готовке пищи под давлением? Что-то необычное, но что, он не помнил точно. Не использовали ли они сжатый газ? Да, и к тому же им нужно было больше кислорода. То есть…
Он отодвинул плиту от стены, напрягая все силы, и тут же нашел, что искал. Плоскую бутыль с пропаном и две больших голубых канистры с кислородом.
Срывающимися пальцами в перчатках он стал отвинчивать клапаны. Газ с шипением вырывался наружу, пузырьки устремились к потолку, где стали собираться в один огромный воздушный пузырь.
Он открыл следующую канистру с кислородом. Уровень воды быстро понижался, до груди, до колен, потом остановился. Канистры были пусты. Ничего, уровень воды был вполне достаточным.
«Пожалуйста, внимание. Десять минут и начинайте отсчет».
Норман открыл дверь в потолке, ведущую в цилиндр D, и шагнул внутрь модуля.
Тусклый свет. Странноватая, липкая и зеленая плесень покрывала стены.
На кушетке по-прежнему без сознания лежал под капельницей Гарри. Норман вырвал иголку со сгустком крови, начал трясти Гарри, пытаясь привести его в чувство.
Гарри заморгал, но он все еще был в прострации. Норман приподнял его, взвалил на плечи и потащил по модулю.
В наушниках все еще рыдала Бет:
— Норман, тебе не надо было возвращаться.
— Где ты, Бет?
На мониторе он увидел надпись:
ГОТОВНОСТЬ К ДЕТОНАЦИИ 9: 32.
Обратный отсчет. Цифры бежали слишком быстро.
— Бери Гарри и уходи, Норман. Уходите оба. Оставьте меня.
— Скажи, где ты, Бет.
Он шел через весь модуль, из цилиндра D в цилиндр С. Он нигде не видел ее. Гарри мертвым грузом висел у него на плечах, мешая пролезть через люк.
— Это не приведет ни к чему хорошему, Норман.
— Выходи, Бет.
— Я знаю, что я ужасна, Норман. Мне уже ничем не помочь.
