Лео лёг спиной на горячий гранит привлёк к Герду, положил её к себе на грудь и нежно лаская тело девушки, особенно её круглую попку, простёр своё сверхзрение на сто тридцать два километра к северу, прямо в комнату, где Рико и Исабель разглядывали туристический атлас компании "Гэлакси Парадиз". По лицу девушки текли слёзы. Хотя Лео очень хотелось утешить это юное создание, он всё же повёл себя, как истинный архангел и быстро просканировал сознание влюблённых. Его так увлекли фантазии Рико и особенно Исабель, которая хотя и узнала о том, что за пределами Мундо дель-Танатос существует огромная Вселенная всего полчаса назад, уже так мечтала покинуть этот замкнутый мир, что ему невольно стало совестно перед ней за то, что он не может исполнить её желание немедленно. Глядя на Исабель глазами Рико, он негромко сказал:
– Герда, знаешь, за их счастье я отдал бы не только жизнь, но и всю кровь сцедил из себя по капельке.
– Что тебя всё равно не убило бы, милый. – Ответила ему девушка целуя в щёку и добавила – Я тоже, Лео. – Немного помолчав, Герда сказала – Знаешь, я помню себя начиная с того самого момента, когда Старшая Герда включила меня в первый раз. После этого вся моя жизнь проходила на арене сражений, но даже в горячке самого ожесточённого поединка со Стинко и его друзьями, я очень часто перебирала в своей памяти всё, через что прошла когда-то та Герда, которая родилась настоящим, живым человеком. Не знаю, какие они, другие виртуалы, Лео, но я точно создана особенной, ведь настоящая Герда доверила мне очень много своих личных переживаний и даже то, как она и Стинко были любовниками. Может быть именно поэтому, когда Стинко сказал мне, что он хочет сделать меня настоящим человеком, полностью свободным и совершенно самостоятельным, я сразу же согласилась. Правда, он хитрец, этот чёртов паскудник. Не знаю, как он сделал это, но он каким-то образом заставил меня мечтать о настоящей, а не виртуальной жизни. На борту "Европы", особенно в Райской Долине, всё сделано так, что лучше уже и не придумаешь, но мне почему-то здесь, на этом пыльном горячем камне всё же куда лучше, чем там. Этот мир, хотя он ничем не лучше той арены, на которой я сражалась столько лет, всё же настоящий, а не искусственный и я тоже чувствую себя совершенно настоящим человеком, хотя и понимаю что отношусь к породе Вечных. Вот и Рико с Исабель точно такие же парень и девушка, как мы с тобой в те времена, когда стали живыми. Они осознали, что за пределами этой чёртовой сферы, из-за которой на небе нет звёзд, лежит огромный мир и теперь мечтают вырваться из неё. Или с тобой всё происходило по другому, милый?
– Герда, девочка моя, у меня всё случилось точно так же или почти так. – Ответил ей Лео – Как и ты, я тоже думал, поначалу, что Нейзер создал меня особенным виртуалом, но когда поговорил с ним, то он сказал, что поступил практически точно так же, как его тесть, император Борн, когда он, впервые за миллион лет, сотворил первого а-человека по своему собственному подобию, только Нейз, в отличие от него, дал мне гораздо больше от себя, чем Борн дал своим сыновьям. Вообще-то наш настоящий отец это всё-таки Стингерт Бартон, ведь это он потребовал от самых лучших и благородных воинов, каких он только знал, сделать нас такими, чтобы им не пришлось потом стыдиться перед ним. Мне кажется, что он уже тогда решил сделать нас настоящими людьми. Ну, а что касается всех остальных виртуалов, то ты можешь быть спокойна на их счёт, как раз в них-то и нет ничего человеческого. Мне об этом, не так давно, Гендальф рассказывал.
Герда, не прекращая наблюдать за окрестностями, легла на Лео полностью и ещё двое влюблённых принялись заниматься любовью. Одни в небольшой комнатке в кузнице, а другие на плоской вершине горы. Бывшие виртуалы нуждались в этом куда больше, чем все остальные, кто находился на борту "Европы". Но при этом они ни на минуту не забывали, кем являлись в первую очередь, и оставались архангелами, а потому Герда уже очень скоро определила истинную цель поисков барона Хорхе де Гадо и через несколько минут после того, как испытала оргазм, Лео был очень искусным любовником и умел доставлять ей наслаждение, да, к тому же совершенно не скрывал, что влюблён в неё, девушка чуть ли не плачущим голосом промолвила:
