Вместе с идальго, прилетевшими с Хесусом, он вошел в кузницу и сразу же занял удобную для нападения позицию рядом с верстаком, на котором лежали длинные стальные прутья, способные заменить собой мечи. Баронет снова завопил:
– Кузнец, ты снял с моего авиаса какие-то дорогие амулеты и он теперь летает совсем не так, как раньше! Ты вор!
Рико улыбнулся и спокойно ответил:
– Дон Хесус, это очень серьёзное обвинение и самое главное заключается в том, что оно бездоказательное, а вот я могу легко доказать, что не снимал с вашего авиаса ни одного амулета. Вы знаете, к чему это приведёт, дон Хесус? К тому же учтите, что уже сегодня ближе к вечеру в Пуэбло дель-Торро прилетит его светлость граф Рамирес де Магнифико и введёт меня в мой родовой кандадо дель-Сессар. Дон Хесус, я такой же благородный идальго, как и вы. Сегодня утром меня известила об этом через амулет далёкого голоса его дочь, благородная идальга донна Исабель. Так стоит ли вам упорствовать, дон Хесус в своём напрасном обвинении. Расстанемся же по-доброму.
Слова о том, что донна Исабель обращалась к нему с помощью амулета далёкого голоса, который, к счастью, действительно имелся у Рико, были адресованы Пабло, в голове которого он уже прочитал гнусную мыслишку. Теперь в его голове яркой вспышкой вспыхнул не только весёлый смех девушки, но и её слова, которые на самом деле не были сказаны: "Поздравляю вас, дон Риккардо, вы уже не кузнец!" Пабло Пататас тотчас перешел на другую сторону улицы и оттуда робко подал голос:
– Наш кузнец не вор. Он честный человек.
Слова сеньориты Исабель и мысль о том, были делом рук, а точнее телепатеммы Анхеля. Он уже хотел было проделать нечто подобное с бедолагой Хесусом, но не успел, так как тот заорал:
– Ты не только вор, но ещё и лжец, кузнец! Ты нагло обокрал меня, а теперь ещё и выдаешь себя за благородного идальго и мы тебя сейчас хорошенько проучим, а потом перевернём всю твою кузницу и найдём украденные тобой амулеты. Мечи к бою, благородные идальго, нам нанесено оскорбление!
Лео от такого поворота дел даже опешил. Он уже был готов врезать по вредным идальго варкенской заморозкой, но тех не зря тренировали. Они мгновенно выхватили мечи, но кузнец и его подмастерье ещё быстрее вооружились длинными железками и в кузнице звонко зазвенели мечи. Вырубать нахалов было уже слишком поздно. На улице быстро собралась толпа народа и все принялись громко вопить, но громче всех Пабло, который наблюдал за развитием ссоры с самого начала. По мысленному приказу Герды он спрятался за спины односельчан и принялся громко и главное очень связно объяснять, почему Рико и Анхель вынуждены были схватиться за железо. Кузнецу и его другу тем временем приходилось не сладко. Шестеро идальго были очень хорошими фехтовальщиками, но и они были ребята не промах. Ловко отражая все выпады, они быстро и слаженно вытеснили нападающих на улицу и тут случилось нечто совершенно непредвиденное. Хесус де Гадо, отступая под натиском Рико, был вынужден отскочить назад, а затем, делая в пылу боя резкий выпад, случайно вонзил свой меч в распределитель питания чьего-то авиаса, парящего в воздухе, и получил удар электротоком. Громко вскрикнув, он рухнул на мостовую и Рико громко заорал:
– Стойте, идальго! Вашего товарища поразило амулетом небесной силы Танатоса! Мечи в ножны, расступитесь и дайте мне помочь ему. Я знаю, что делать в таких случаях.
Лео, не очень-то доверяя Рико, принялся сам исцелять Хесуса, чтобы тот чего доброго не окочурился. Идальго получил сильный, но не очень опасный ожог правой руки почти до плеча, но самое главное у него остановилось сердце. Он быстро заставил его работать, устранил самые опасные последствия удара электрическим током, но парень по прежнему был без сознания, хотя его дыхание уже было ровным и глубоким. Поскольку это было не смертельно, состояние Хесуса вообще не внушало ему никаких опасений, походит пару недель держа руку на перевязи и снова встанет в строй, Лео на этом закончил свои медицинские экзерсисы. Зато их весьма умело продолжил Рико. Анхель и ещё одни пеон вынесли из кузницы носилки, с идальго, для которого воля отца была настолько свята, что он не мог осмелиться не исполнить его приказа, был снят полудоспех и тут кузнец, обнаружив что-то неладное, громко воскликнул:
– Дьявол! Где амулет здоровья Хесуса де Гадо? Он что, забыл его надеть поутру? Ладно, благородные доны, дайте мне сделать вашему товарищу массаж и искусственное дыхание.
Проделывая эти нехитрые медицинские процедуры, Рико с помощью своих сенсетивных способностей довольно быстро и очень умело продолжил дело, начатое Лео, и уже минут через пять Хесус слабо застонал, а его веки задёргались. Носилки с этим незадачливым парнем быстро приторочили к его авиасу и Анхель, вежливо поклонившись идальго, сказал:
