Сиоко возмутилась. Нормальный уровень ремонтника подразумевает опцию настройки репродуктивного аппарата его госпожи и повелительницы. Что тут можно увидеть неопределённого? Ей на одну девочку, будьте так любезны. Сегодня предполагалась окончательная регулировка и тестирование оборудования.
Одна девочка. Арго. Я не совсем понимал задумку принцессы.
–
Глаза Энн-Сиоко были внимательны, голова чуть влево. Длинные чёрные волосы собраны в хвост, переброшенный на правое плечо.
–
А через пару часов роботесса объявила о положительном результате тестирования, я сразу не понял. Никаких, понимаешь, конкурсов-отборов подходящего генетического материала? Да у них просто прорыв на фоне ритуалов традианок.
Роботесса негромко рассмеялась и прижала к себе мою голову.
– Не наша заслуга, я модифицирована по технологиям Крашш. Точно ещё не догадался? Сам же вёл настройку. Подумай только, мама мне линк-пару готовит.
– Ну… не догадался. А что?
– Крашшианская схема, мгновенное срабатывание… мы сейчас проверили идею – на вашей Земле обитают крашшиане. Потомки крашшиан, говоря строго. Знаешь, а тебе будет легче перестать демонизировать древний Крашш.
Сиоко бросила на меня короткий взгляд.
– Наша дочь, клетки которой сейчас растут и делятся во мне. Когда она вырастет, она будет принцессой роботов Крашш, я добьюсь её протектората над Традой, контроля над флуктуатором… она займёт моё место в управлении Крашш.
– Когда? Через пятьсот лет?
– Двести максимум.
Тут я уставился на Сиоко. Пусть двести, два века ожидания получается. Два века без управления? В ответ Сиоко рассмеялась.
– А сейчас я продолжаю это делать.
Оп. Вот что стоит за её частыми отлучками. Догадывался, но не хотел лезть в эти дела. Но меня теперь туда за волосы тащат. Зуб даю, это действует машинный разум Крашш, и это связано с освобождением Гресии и планами сохранения человеческих миров.
– Один машинный интеллект на всю Вселенную… это нелепость, – в тон моим мыслям отозвалась Сиоко, – будем создавать сеть, ты прекрасно проработал это с Номусом.
– Значит, собираемся получить наследство, хоть и нет завещания, строим планы на тысячелетия.
– А это правильно, Олег. Так и должно быть.
После этих слов Сиоко задумалась и предложила тему разговоров поменять. Угу, и что же ей интересно?
Атаки Врага.
Похоже роботесса понимала, что звучание её голоса приятно и часто выбирала акустическое общение. Вот и сейчас она продолжила говорить вслух.
– Зория, Светлая, Грунт, Тёплая, Уютная, Почва, а вполне возможно и Альдия. Это же всеобщая война. Практически все наши планеты атакованы. Атаки скрытные, воздействие рассчитано на века. Эти тривлоббиты неторопливы. Почему? Почему такой долгий процесс, почему немедленный результат не интересует.
А она от предыдущей темы и не ушла, наш противник способен действовать в сравнимых с нами периодах времени. Наследство не в безопасности.
– У аналитиков Флота нет однозначного ответа. Первая версия, мы не понимаем их философию, но есть у них, дескать, установка – движение всё, цель ничто. Слабая версия, к мгновенным атакам они способны, цели видят ясно. Дальше, свою тактику Враг вырабатывал долго. Лобовые столкновения с человеческими цивилизациями оказались проигрышными. Агрессивные приматы с врождённым желанием закидать противника гуано тот ещё оппонент. И тут не всё гладко. Паровозы надо глушить, пока они чайники. Но воздействие на слаборазвитое общество обычно столь же неторопливо. Замаскировано под естественное действие энтропии.
– А если это и есть такое действие?
– Разные миры, разные вселенные… надо к конкретным примерам переходить.
– Переходи.
– Ладно. Приматы совершенно лишены выбора в целом ряде вещей. Например, они обречены учить своих детёнышей.
– Светлая, Уютная… мы говорим о таком?
– И ещё множество примеров в других мирах и вселенных. Берём миры с обязательным всеобщим обучением, где детей собирают в школы. Вот в моём мире простым вещам учили в школах. Писать, считать, читать, описательные науки: география, история, основы знаний о природе, потом – за дело принимались мастера. Это затратно. Химии подростков учит настоящий химик. Пусть он старик и уже не может работать как раньше на практике…
– У нас же так, Трада, Крашш, Топь. Везде наставницы и наставники.
– Первая девиация, роковое отклонение, вместо мастера его изображение…
– А последнее отклонение, это преобразование просвещения и образования в конструирование мутантов с помощью компетенций, правильнее – лжекомпетенций, когда всем понятное слово компетенция служит оболочкой вируса социального конструкционизма. Почему так уверенно ты говоришь, что это неестественный процесс?
