Общим единым мнением жёны поименовали меня приумничком. Смысл выражения, похоже, метаморфозу претерпел диаметральную. С одной стороны. При умных я. Кто?
Зато наши отношения с реальностью приобрели глубокий и широкий характер. Впрочем, характер отношений не мешал реальности жить и развиваться.
За прошедший год мы многого добились. Наш кластер распределился по планетам Контроля. Пенни и два Пен Ина расположились на Альдии. Бывшие Вилт и юные Кейт и Дороти прижились на Грунте. Остальные перебрались в систему Уютной.
Новая командная станция получила имя «Железная звезда». Нарушение традиции? Нет, новая традиция. Имею право. Наследное. Мы провели полную индустриализацию и милитаризацию космического пространства системы. Четыре боевые станции перекрыли подходы к столичной планете. Шесть дредноутов образовали подвижную основу военного флота. Ещё два не вошли окончательно в строй, дополняя планетарную оборону. Линкоры, крейсера, носители, сторожевики… Броненосцы, мониторы и десантные транспорты… Роботодесант, альдианские войска, уютянские войска… Льды Снежка, пекло Песка, джунгли Грунта… Идиллия.
Хелли, Эрга, Афра и Диана, если говорить короче, всё и затеяли. Естественно, они были тут. Орто не разделились, но поделились на две части. Горячий газовый гигант Газтранс обладал почти тремя десятками спутников, и один из них пришёлся по душе Олле. Это было ожидаемо. Остальные невесты не остались на Топи. И это ожидаемо. Обосновались на поверхности Уютной. А решение бывших Оллен оказалось для меня неожиданным. Хеля и Няша перебрались на Уютную. Такая вот тяга ко мне проявилась. Надо быть реалистом, полагаю – они прикинули масштабы нового научного комплекса. Дочери Хелли, Эрги и Афры получили имена от Пятой до Десятой, и тут мне ничего сделать не удалось. Традиция присвоения взрослого имени, вот так. Пен Ин и четвёртый аватар Номуса почти завершали подбор нашей компании. В целях конспирации четвёртый аватар назывался надзирающим, как бы без своего машинного центра. Лукавство, четвёртый центр Номуса на основе дополненного машинного интеллекта Уютной был вполне на уровне. Запомнился перелёт на Уютную детской, бронированный монитор шёл на ускорителях с эскортом из трёх дредноутов со всем положенным каждому из них сопровождением. В иных мирах этот флот назвали бы армадой.
Обойдённый здесь молчанием официально проживал на родной Альдии. В реальности он был с нами. Мы же правильные роботы и в одну корзину всё важное не положим? Пусть так и думают. Да мы и не положили. Наши четыре боевые станции заслуженно назывались Северная, Восточная, Западная и Южная Звезда. Их внешность обманчива, каждая из них имела мощь Железной Звезды. Ещё вернёмся к причинам всех этих тайн. А пока о главном – о сложностях.
Сложности были с людьми Уютной. Или правильнее сказать – заражёнными? Лишённая зрения девка-бабища со сломанными весами в одной руке, дубиной в другой. Детали изображения менялись от планеты к планете. Где-то на глазах была повязка, где-то пустые чашки весов жульнически перевешивали влево, где-то вправо… демон Юста.
Демонов создавали люди. В своём высоком стремлении к идеалам увлечённые чистотой умозрительной идеи неосторожные Homo Insipiens приходили к разнообразным «религиям разума». Своего несовершенного как бы разума. И в ноосферу очередного человечества врывался демон. Имя им – легион.
Как и любой ментальный демон, Юста была порождением иллюзий. Каждое человеческое общество, уходя от стаи обезьян, приобретало и теряло. Шимпанзе – ближайшие родственники людей – не имеют проблем с поддержанием у себя порядка. Если вразумляющей лапы альфа – самца окажется мало, то вся стая атакует нарушителя. Нет обезьяны – нет проблемы.
Юста не была одинокой. И не была первой. Атаку демонов на Уютную начинала Мамона. Когда жизнь человеческого мира усложнялась, специализировалась, это давало огромное преимущество роста. Но и великие опасности поджидали на этом пути. Как только наука, промышленность, обучение, управление, прочее становилось ремеслом некой группы людей, средством получения дохода, сгущение желаний человеческих угрожало рождением Мамоны. Исходная цель исподволь замещалась стремлением сохранить кормушку, и тень падала, материализуясь. Критический момент в истории цивилизации. Прорыв Мамоны в реальность открывал дорогу Юсте. Защита общества замыкалась в работе на себя, искоренение преступности грозило лишением бывших защитников средств к существованию. В мире Мамоны нет места рациональному выбору. Нет преступлений, нет нужды тратиться на защитников. Экономика должна быть эффективной, эффективные экономы не тратятся по пустякам. Эффективность определяется размером откатов и распилов. Коррупция должна пропитать всё, а, значит, в первую очередь своего вероятного противника. И приходит Юста. Наличие на Уютной её адептов не исчерпывало наши сложности.
