— Ника, здесь нет никого из семьи Эриха. Все ушли, — спокойно сказал Вэран, хоть и давалось это спокойствие нелегко. — Все ушли, тебя окружает пустота. Ты чувствуешь пустоту? — продолжал Вэран, отпуская иравису, которая уже перестала вырываться и даже притихла.
Он должен был узнать цвет её настоящих глаз по настоянию Совета, однако сейчас его больше интересовал брат, поэтому Вэран и подошёл к нему.
— Что случилось? Где болит?
— Всё в порядке, не беспокойся, я сам полез. Может быть она бы уснула.
— Эван, тебе надо к мераде. Фалл! — обратился к пустому пространству Вэран, однако вскоре над полом замерцало и появился золотистый сгусток энергии.
К фаллам Разума Вэран обращался впервые, хоть и знал с курсов воинов, что эти создания являются уже умершими кэриями, решившими передать все свои знания эйкрецу и стать его приспешниками. Фаллы наряду с эрчерами следили за некоторыми планетами и всегда помогали, чем могли. Вот и сейчас фалл подлетел к Эвану и, полностью погрузив его в себя, постепенно исчез.
Вэран, больше не беспокоясь о брате, взял первый попавшийся стул и присел на него перед стоящей ирависой. К его удивлению, она никуда не ушла, не присела, однако внимательно смотрела в пустоту. Она всё ещё спала. С открытыми глазами, чёрный пигмент из которых так и не ушёл.
К удивлению Вэра, его братец вернулся спустя полчаса, с пакетом, полным еды.
— Вэр, ты можешь здесь больше не задерживаться? Ирависам соглядатаи не особо милы, — сказал Эван, скрывшись за стеной кухни, а когда вышел, Вэрана уже и след простыл, как и камми.
Однако узнать, где она, не составляло труда. Эван уже решил, что всегда будет пользоваться услугами фаллов, ведь они, в отличие от Совета, знают практически всё, докладывая хафрам лишь половину. В общем-то, они докладывали только то, что им позволено было Разумом.
— Ф-фалл! — неуверенно произнёс Эван, спустя время заметив уже знакомое мерцание и решив сразу задать несколько важных вопросов. — Вы умершая кэрия?
«Да», — возникло в голове у Эвана. Он сначала испугался присутствия в своём разуме чужих мыслей, однако взял себя в руки, решил разговаривать мысленно, попутно разглядывая сгусток золотистой энергии.
«Я потерял камми, её зовут Аниссия».
«Такой кэрии нет поблизости».
«Но не могла же она исчезнуть с планеты, сюда попасть и отсюда уйти можно только при позволении эрчера Вайлда».
«Есть много кэрий, очень много. Их имя Анирика. Они летают над океаном. Не выходи. Опасно», — предупредил фалл и поспешил исчезнуть.
Эван последовал совету фалла и не покидал дом, разложив еду, приготовив обед и наевшись. Ники всё не было, поэтому, довольно уставший, Эван прошёл в гостиную, прилёг на диван и тут же уснул. Когда он открыл глаза, то увидел в кресле сидящую иравису.
— Доброго дня, — сказал ей Эван, зевая и всё ещё желая спать, хоть, судя по пару над океаном, проспал он не мало.
— Что вчера случилось? — спросила Ника, смазывая какой-то мазью ранки на правой руке, которые вчера случайно оставил Эван.
— Ничего, — попытался было соврать Эван, однако заметил по строгому взгляду ирависы, что глаза его выдали.
— У меня болит спина, появились раны на руке, — начала перечислять она.
— Прости, — ещё раз зевнув, сказал Эван, присаживаясь и морщась, ибо у него тоже что-то разболелась спина.
— Значит что-то было. Вэран ушёл? — спросила Ника, закрывая баночку с мазью и опуская длинные рукава чёрного платья, поудобнее усаживаясь в кресле.
— Да, он придёт только в конце недели.
— Я вновь могу так сделать.
— Ничего страшного, я позову фаллов, они быстро тебя утихомирят.
— Кто это? — спросила Ника, испуганно взглянув на Эвана.
— Это умершие кэрии, служащие Разума.
— Это у нас религия такая? — всё ещё не могла понять Ника.
— Нет. Разум реален, он проживает на планете Райкранц, в галактике Цнаркйар. Он относится к виду разумных существ, названных эйкрецами. Разумом его назвал народ Сферн, это было очень давно. Его фаллы временами следят за миропорядком. Вчера меня один из них услужливо доставил к мераде.
— Я тебе навредила? — удивилась Ника.
— Слегка.
Ника вздохнула, закрывая глаза. Эван решил, что этим она дала понять, что больше не желает разговаривать. Он поднялся и заметил капли чёрного цвета, ведущие к креслу. Они были и на веранде, и на песке, что прекрасно было видно из-за огромных окон. Кресло тоже было в этой чёрной жидкости.
— Ника, что это? — настороженно спросил он.
— Моя кровь, — совершенно спокойно ответила она, открыв глаза и оглядываясь. — Да, надо прибраться. Прости, голова немного закружилась, а потом ты проснулся.
— Надо позвать…
— Никого звать не надо. Ты аравиец и твои крылья, высвобождаясь из специальных выростов, не повреждают кожу. У ирави всё несколько иначе. У нас крылья прорывают кожу, — пояснила она, поднявшись и взглянув на кресло. — Кажется, я его испортила.
— Ничего страшного, сейчас мы всё выведем с помощью химикатов, — сказал Эван, умчавшись куда-то и вернувшись с губкой и баночкой, наполненной прозрачной вязкой субстанцией.
Ника открыла её и почувствовала едкий запах.
— Это случайно не запрещённое средство?