— Скажите, Эван, если бы я заставил вас стать афром моим двоюродным сёстрам, вы бы с удовольствием приняли подобное? — спросил принц, допив остатки сока и отправившись мыть стакан.
Истинно не королевское занятие, но принц захотел сделать хоть что-то полезное, как сам и выразился, когда Эван решил прекратить подобное поведение. Однако вопрос Риггера был ему более чем понятен, он уже знал заранее, что и не позволил бы подобного, однако не учитывая различные обстоятельства.
— Но если я уничтожу всю твою семью в случае неповиновения? — глаза в глаза спросил принц, сразу обойдя Эвана и направившись стремительно в подвальные помещения.
— Осталось сопроводить туда её, — заключил в тишине Эван, вздохнув и выходя из дома.
Снаружи всё ещё душная погода мешала не то, чтобы резвиться рядом с волнами, как это делала ирависа, но и рассуждать логически. Духота давила, а повышающаяся перед вечерним ливнем влажность действовала обволакивающе, будто затуманивая рассудок. Ника, заметив Эвана, остановилась и чуть не была погребена под накатившей большой волной, сбившей её с ног. Однако всё обошлось, и улыбающаяся ирависа поднялась, отойдя подальше от океана.
— Что-то случилось? Ах! Точно, я ведь опаздываю на такую важную встречу, — с изрядной долей сарказма сказала Ника, отправившись в дом.
В помещении все ожидали юную иравису, которая преспокойно зашла внутрь и, облокотившись спиной о стену, скрестила руки, задумавшись.
— Вы опоздали на целый час, флэрри Кайр.
— Значит, ваши часы спешат, фли Эхайз, — удивила побледневшего документоведа Ника, уже заранее знавшая его имя.
Это именно он приходил тогда в особняк Вейзернов, записывая постоянно каждое сказанное кем-то слово. Настроение у камми сразу испортилось. Однако все тут же заторопились, подготавливая всё необходимое для обряда, а также открывая сосуд, содержащий кремовую светлую субстанцию, приятно пахнущую и слегка светящуюся. В ирависе всколыхнулось любопытство.
— Риггер Глидариан’Эмирида и Аниссия Килари Кайр, подойдите к столу, возьмитесь за руки. Нет, теми, на который у вас расположен жизненный узор.
Риггер и Ника подошли к столу и, с минуту настороженно глядя друг на друга, взялись за руки. Принц заметил, что камми слегка загорела, цвет её кожи был немного темнее, чем его, также он заметил и постепенно появляющийся в её глазах чёрный пигмент, который конкурировал с фиолетовым, обозначающим любопытство и задумчивость. Так как подобные изменения цвета выглядели весьма красиво, принц отвлёкся и весь обряд не отрывал от глаз ирависы своего взгляда.
— Теперь опустите сомкнутые руки в этот сосуд, погрузите их по запястья. Соединиться вы сможете, сказав то, что желаете, вслух, — продолжала наставлять детей эерлия.
— Оум тэ хайз, Килар, — на инирте сказал Риггер, добавив, — Эм силь виньо…
— Оум тэ хайз си тенви, моур, айласи. Эм силь виньо? — улыбнулась в ответ откровенно потешающаяся ирависа.
— Наймви карвэт виг, — ухмыльнулся Риггер, натолкнувшись на мгновенно ставшими абсолютно чёрными глаза ирависы.
— Хафт то эйми ро, — произнесла она, от чего Риггер сразу отдёрнул руку.
После этого оба рассмеялись, вгоняя окружающих в смятение. Никто не знал инирт. Кроме ирависов, поэтому для всех было загадкой всё, что произнесли эти двое, а ведь они подобными фразами соединились на уровне разума.
— Теперь не могли бы вы рассказать, что именно вы между собой решили? — задал всеобщий вопрос Вэран, которому, как и документоведу, необходимо было доложить, правильно ли был проведён обряд севенства.
— Всё так, как просил Совет Сферн. Я знаю, где будет находиться ирависа, она будет знать тоже самое. Однако Аниссия пожелала, чтобы без согласия я её не выдавал. Но не беспокойтесь, мы сможем урегулировать этот вопрос путём мысленного общения.
— Но только три раза в неделю, — добавила Ника. — Я могу идти?
— Последняя формальность, — вмешался документовед, пока все обдумывали услышанное. — Теперь к вашей фамилии добавлять необходимо и его. Или, если желаете, можете взять его фамилию.
— Зачем мне его фамилия? Я желаю везде, кроме планеты Труфта, быть герцогиней Вэй, а называться Аникой Вейзерн.
— Но что скажет ваш отец?
— Зачем мне отец? Теперь я могу решать всё обоюдно со своим фессом. Риггер, вы не против подобного поворота событий?
— Только за. Но на моей планете пусть будет официально Аниссией Шарлоттой Наомирой Килари Кайр Глидариан’Эмиридой, младшей королевой планеты Труфта.
Когда Риггер произносил имя Ники, Вэран навострил уши, но разочарованно вздохнул. Ведь сокращение «Аника» никак не подходила к двум новым именам «Шарлотте» и «Наомире».
— Позвольте узнать, принц, зачем ей два лишних имени?
— Чтобы редко приглашать её в гости, мой соглядатай, — поклонился слегка Риггер, покидая помещение, одновременно проникая в мысли ирависы.