Конечно, долго сидеть перед линией ирависа не стала, обернувшись и взглянув на большие часы, висящие над входом в дом, которые показывали полседьмого. «До двух ещё очень много времени», — решила Ника, переступая черту, позволяя себе пропасть во мраке этой половины дома, которая не обладала слишком большими размерами. Ника заметила, что здесь была ширина от силы метра два, а длина не превышала пяти. Слева от камми расположилась кладовка, где хранились всякие разные предметы, необходимые в быту этого острова; справа возвышался большой чёрный шкаф с двумя створками, закрытыми на навесной замок. Ника подергала за него, но замок не поддался. Тогда камми попыталась отыскать здесь ключ, но и его нигде не было.
Из тщательно заделанного досками окна вдруг начал светить маленький лучик, что и отвлекло иравису от бесполезных поисков. Она подошла к нему и заглянула в тонкую-тонкую щель, сумев разглядеть лишь полностью высохшую местность, состоящую сплошь из камня. Дверь, расположенная чуть поодаль, теперь была ещё притягательней, чем запертый шкаф, поэтому Ника подошла к этой странной двери из чёрного дерева с витиеватыми узорчиками. Ника толкнула дверь, и та послушно подалась вперёд, приветливо распахиваясь, будто приглашая посетить ещё неизведанные ирависой места. Ника вышла за порог на маленькое каменное крыльцо, насчитывающее всего три ступеньки, уже успевшие порости травой, высохшей и теперь безжизненно поникшей.
Впереди, будто обхваченное скалами со всех сторон, распласталась ровная поверхность с высохшими деревьями, маленькими вьюнами из пыли и рвом, часть которого терялась вдалеке. Всю долину покрывали трещины, однако виднелась и едва наметившаяся тропа. Видимо, последний раз по ней шли несколько десятков лет назад.
Ника отошла на приличное расстояние от выхода, чтобы обернуться и взглянуть на дом. Удивлению её не было предела. С этой стороны также были небольшое окна, но все, кроме того, в которое просочился лучик света, были наглухо заделаны и замурованы, уже практически слившись цветом со скалой. Дверь, через которую прошла камми, выглядела так, будто её выжгло. Вся в чёрной копоти. Ника взглянула ещё раз на деревья, которые сейчас выглядели не иссохшими, а попросту сгоревшими от той жары, что временами приходила сюда. Видимо, из-за того, что рядом не оказалось океана, не позволяло растениям хоть как-то защититься.
«Но почему их тогда не мог спасти ежедневный ливень?», — задалась вопросом камми, идя по нагретой каменной поверхности в сторону рва, поднимая своими босыми ногами маленькие облачка пыли.
— Ни-ик! — позвал камми Эван, спустившись за соком на кухню и внезапно заметив, что дверь в чёрной части дома открыта.
Конечно, он тоже пошёл туда и тотчас же заметил маленькую фигурку камми, спокойно идущей ко рву. Эван помчался за ней следом, предусмотрительно прикрыв дверь в дом. Нагнал он её уже у рва, камми потихоньку пыталась спуститься.
— Ты что творишь? Возвращаемся назад, — сказал Эван, однако не смея коснуться ирависы, но лишь оглядевшись и посмотрев в тёмные воды рва.
— Спускайся. Видишь, какое всё пересохшее? Здесь ещё и становится слишком жарко. Надо укрыться во рве, как это делают местные разумные, — посоветовала Ника, не прекращая спускаться по выступающим камням.
Эван решил не спорить с ирависой, ведь эти создания могут и предугадать различные события. Однако усиление жары он и сам ощущал. Весь его путь сюда занял не один час, и наверняка было уже около двенадцати. Как раз в это время и начинались изменения погоды. Причём, изменения более чем кардинальные, особенно в этой части острова. Дети спустились на середину стены, когда Эван решил поднять глаза кверху, чтобы узнать, видно ли небо, однако ослепительно-яркий свет ударил по сетчатке, от чего ситро на время закрыл веки и присел.
— Дальше спускаться не будем, — будто озвучила его мысли Ника, присев на самый край плоского выступающего камня и взглянув вниз.
— Осторожнее, — предупредил Эван, уже открыв медленно глаза, — там внизу должны жить норрилы. Настоящие жители этой планеты.
— Я знаю. Они иногда и на наш берег приплывают, когда становится очень жарко. И они немного враждебно к нам относятся.
— Почему? — удивился Эван.
— После моего эксперимента они более чем враждебные.
— Ты ИХ тогда взорвала? Той красной жидкостью? Ты с ума сошла что ли? — не выдержал Эван, даже поднявшись и к своему удивлению заметив вынырнувшую из воды голову с парой хрящеподобных выростов, которые будто облагораживали лица этих существ.
Эван замер, боясь произнести хоть что-то ещё, однако Ника не уходила с края, продолжая наблюдать. Существо, выглянувшее из воды, решило разинуть пасть, полную острых белоснежных зубов. Оно явно что-то говорило. Вскоре подтянулись и сородичи сего милого создания. Они переговаривались и временами поглядывали на детей.
— Вэран нас убьёт, Ника, — шёпотом произнес Эван.