— Заткнитесь, — неожиданно для себя резко сказала Гермиона. Как ни странно, Шерлок послушался и приподнял голову от тома с большим удивлением.
— А разве профессиональная этика не предписывает обращаться со мной вежливо? — поинтересовался он.
Гермиона сжала губы — она понимала, что у Шерлока есть все основания злиться и психовать, но позволять ему себя оскорблять не собиралась.
— Мистер Холмс, всё, что я обязана сделать — это не выпускать вас наружу. А Женевскую конвенцию в магическом мире никто не знает.
— «Окклюмеция, собирательные теории и практики», — сообщил Шерлок.
— В восьмой главе серьёзная технологическая ошибка, — отозвалась Гермиона. — В описании медитативной техники «Океан» пропущено описание того, насколько важна аудиальная составляющая, из-за чего новички, занимающиеся по этой книге, часто допускают ошибки.
Книга громко захлопнулась. Отложив её на подлокотник, Шерлок ловким движением поднялся из кресла, взлохматил волосы, смахнул с чёрных брюк пылинку, провёл пальцем по пуговицам рубашки и спросил:
— Как вы собираетесь уговаривать меня? — А потом, не дождавшись ответа, скользнул взглядом по Смеллвуду и добавил: — Интересно. Почему вы думаете, что я соглашусь на роль подопытной крысы?
Гермиона не успела ответить, а Смеллвуд мягко улыбнулся и сказал:
— Вам здесь слишком скучно. А я буду приходить к вам как минимум дважды в день, и, поверьте, я не худший собеседник из возможных.
— Собеседники меня не интересуют, — Шерлок нервно дернул плечом, — меня интересует выход отсюда. И сигарета. И кофе.
— Я надеюсь, что скоро вы будете свободны, — произнесла Гермиона.
Шерлок прищурился и сказал в пустоту:
— Майкрофт не спешит.
— Он делает то, что в его силах.
— Разумеется, — Шерлок кивнул с каким-то странным выражением лица, а потом обратился к Смеллвуду: — Начнём прямо сейчас?
Гермиона осторожно вышла из комнаты, заперев магические двери, и дала указание одному из авроров на страже проверять ситуацию в комнате не реже раза в десять минут, а позже выпустить Смеллвуда — тот, как закончит, пошлёт ей патронуса.
Было бы логично отправиться к себе в кабинет и поработать, но почему-то Гермиона нервничала и предпочла выйти в Лондон и расположилась в маленькой пекарне почти напротив входа в Министерство, зажатой с двух сторон маггловскими магазинами элитной одежды. Разумеется, для магглов пекарни с вывеской «Белый колпак» не существовало вовсе. Это было недешёвое место, куда предпочитали ходить министерские служащие и аристократы в перерывах между рабочими встречами — её владелец, пожилой волшебник, создал на небольшом пространстве нечто большее, чем просто кафе: он создал своеобразный клуб, где никто никому никогда не мешал, где не было никаких шансов встретиться с неприятными или назойливыми людьми, где можно было обсудить в безопасности любые секреты. И где, в конце концов, подавали лучший кофе в магическом Лондоне.
Гермиона нечасто бывала в пекарне: сначала её отпугивали цены, потом — слишком высокая репутация. Но, однажды встретившись здесь с Нарциссой Малфой, Гермиона влюбилась и в атмосферу, и в выпечку, и в кофе. Поэтому время от времени заглядывала.
Едва она села за столик, владелец безо всяких вопросов поставил перед ней небольшую чашечку капучино и её любимый миндальный бисквит, после чего взмахом палочки создал вокруг неё едва различимую завесу, мгновенно отгородившую её от остального мира и прочих посетителей. Она разложила на столике отчёты, которые давно надо было сдать, и погрузилась в цифры и факты, небольшими глотками отпивая горячий кофе из неостывающей чашки.
Её прервали полчаса спустя: почти беззвучно рядом возник домовой эльф и шёпотом сообщил, что молодую мисс хотят видеть. Гермиона глянула на часы. Слишком быстро. Неужели Смеллвуд не сумел уговорить Шерлока начать лечение? — Пригласи, пожалуйста, — ответила Гермиона эльфу, а спустя несколько мгновений под магическую завесу вплыла Нарцисса.
Гермиона скрипнула зубами — нужно было спросить эльфа, кто именно хочет её видеть! — Нарцисса, — Гермиона изобразила счастливую улыбку. — Приятный сюрприз.
Женщина тоже ответила улыбкой и приветствиями и даже коснулась щеки Гермионы неощутимым поцелуем. — Поразительная удача — встретить вас здесь, Гермиона, — Нарцисса, дождавшись приглашения, присела на стул напротив, перед ней моментально возник высокий бокал глинтвейна.
Гермиона сложила бумаги и убрала их в сумочку, заверяя нежданную собеседницу в том, что та её ни от чего важного не отвлекла, а потом, как и всегда, почувствовала, что её способности играть в словесные игры иссякли, и спросила: — Вы хотели со мной о чём-то поговорить?
