Сгорая дотла полностью

Лайла повернулась ко мне, ее глаза широко распахнулись.

– Ты, блин, издеваешься надо мной? А впрочем, заходи. Пожалуйста. Я действительно хочу услышать от Алекс Гарденер, какая я дерьмовая подруга. Это даже прикольно.

Я сдержалась и последовала за Лайлой в ее квартиру. Это была светлая, просторная двухэтажная квартира с высокими скошенными потолками и хорошим естественным освещением, и Лайла изысканно оформила ее в бежевых, кремовых и сиреневых тонах. Она купила ее после развода со своим распутным мужем, и я с чувством вины осознала, что не была у нее со времени вечеринки по случаю новоселья.

– Ох, Лайла, ты права. Это я. Я дерьмовая подруга. Прости меня…

– Тебя осенило сейчас, когда ты вошла? – упрекнула Лайла, уперев руки в бока.

– Я не была здесь с вечеринки. Ни разу. Не навещала, не тусовалась, не даже просто… не уделяла тебе время. Я просто была так занята… – я подняла руку, прерывая свои собственные оправдания. – Я должна была быть рядом с тобой после развода, но меня не было, и мне очень жаль.

Лайла осторожно кивнула.

– Давай, садись. Хочешь вина?

– Да, спасибо, – я села на белый кожаный диван, а Лайла пошла на кухню, совмещенную с гостиной. – Тут действительно красиво, Лай.

Лайла вернулась с двумя бокалами каберне, протянула один мне и сбросила каблуки, чтобы поджать под себя ноги.

– Я думаю, получилось довольно хорошо. Квартирка небольшая – для тех, кто думает, что сто двадцать квадратных метров – это мало, – но мне больше и не нужно. Я могла бы приобрести дом, – она улыбнулась, отпив немного вина. – Адвокат, которого мне порекомендовал мой лучший друг, был весьма хорошим.

Я слабо улыбнулась.

– Рада слышать, что Джо выполнил свою работу, – я потягивала вино, борясь с желанием выпить его залпом и попросить еще. – Так как у тебя дела?

– Алекс, – сказала Лайла, слегка рассмеявшись. – Все в порядке, правда. Мы можем обсудить мою холостяцкую жизнь в другой раз. Но ты… у тебя проблемы. Верно?

Я с несчастным видом кивнула.

– Я просто не хочу рыть себе яму еще глубже.

– Слишком поздно, – Лайла улыбнулась, протянула руку и сжала мою. – Рассказывай.

– Я немного боюсь твоей реакции, учитывая то, как ты отреагировала на мое последнее маленькое откровение.

Лайла вздохнула.

– Прости, что я так разозлилась. Для меня это больная тема по очевидным причинам. Но я понимаю, что мне нужно абстрагироваться от своей ситуации. Так расскажи мне. Расскажи мне все, и я обещаю не осуждать.

– Нет, я хочу, чтобы ты осуждала, – сказала я. – Суди меня, читай мне нотации, скажи мне, какого черта я делаю, потому что я… я просто запуталась, Лай.

Я рассказала Лайле обо всем, что произошло, вплоть до ночи дня рождения Кори.

– Это было… невероятно, – поделилась я, вздыхая. – Это было то, чего мне так долго не хватало. Кори – самый добрый, самый милый мужчина, но впусти его в спальню, и, боже, – я прочистила горло. – Извини, но это важно. Для меня важно иметь такую физическую близость с мужчиной. А после того, как я провела время с его отцом и дочерью и на бейсбольном матче… Это было нечто большее, чем физиология. Он впустил меня в свою жизнь, как будто он… он хочет, чтобы я была в его жизни.

– А ты хочешь быть в его жизни? – спросила Лайла.

Я сделал еще один глоток вина. Большой глоток.

– Ты не дослушала. Дрю пришел на следующее утро.

– Охренеть! – брови Лайлы взлетели вверх. – Дрю сильно расстроился? Наверное, да. И что, вечеринка отменяется? Свадьба отменяется?

Я отрицательно покачала головой.

– Он не расстроился так, как я того ожидала, и это почти самое худшее. Он хочет, чтобы я сохранила свой дом, чтобы принимать там мужчин. Чтобы компенсировать его «недостатки».

– Свободный брак? – Лайла разинула рот.

– Свободный для меня, – уточнила я. – Я ему не интересна, не говоря уже о другой женщине. Женщинах.

– Что ты ему сказала? Ты ведь не согласилась, правда?

– Конечно, нет. Но я была слишком потрясена, чтобы что-то сказать, – я прикрыла глаза рукой. – Боже, Лай, я ужасна, потому что, как бы сильно меня ни шокировало предложение Дрю, в ту же самую ночь я снова переспала с Кори. Только вот здесь все становится еще хуже. Или лучше. Или… я не знаю.

– Что случилось? – Лайла откинулась на спинку дивана с мрачным выражением лица.

– Когда мы переспали в банке и в ночь его дня рождения, Кори был… всем, чего я хотела. Огонь. Страсть. Жара. Он хотел меня, а я так долго не испытывала такой страсти, что почти забыла, каково это – просто, когда тебя обнимают, отдавать и при этом получать что-то взамен, растворяться в его теле. Но в следующую ночь… последнюю ночь, ночь воскресенья… Он был осторожен и внимателен, и… – я отвела взгляд и продолжила почти шепотом: – Он занимался со мной любовью в самом чистом смысле этого слова. И я… я также занималась с ним любовью. И, боже, это было прекрасно. Я никогда не испытывала ничего подобного, – я посмотрела на свою подругу. – Вот тогда я действительно испугалась.

– Потому что ты полюбила его, – заявила Лайла. – Ты влюблена в него и не знаешь, что делать.