Михал Михалыч, обескураженный только что включением сетки в процесс его разорения, и теряющийся в догадках, насколько это обстоятельство удорожит и усложнит штукатурку, получил дополнительную пищу для своих размышлений, – как теперь совладать с алкашами–шабашниками? Он помнил, как однажды, проходя по подъезду, столкнулся со Славиком, который в безумном пьяном угаре душившим свою жену, видел вопящих от ужаса детей, растрёпанную тёщу Славика, взывающую к помощи…
– Давай как–то договоримся, что никакого бухла, и гулянок! Делаете, получаете деньги и расстаемся. Бухайте потом, сколько хотите! – почти как мольбу изрек Михал Михалыч.
– Само–собой! Я вообще не пью! Вот только Славик… – заржал Вовка.
До стройбазы доехали без приключений. Вовка подтрунивал над Славиком, тот что–то несвязное бурчал. Михал Михалыча их перепалка не смешила, а раздражала – катает двух раздолбаев на своей машине, везёт их на дачу, еще и деньги им плати!
Михал Михалыч бывал на стройбазе, и тут же отметил про себя, что Вовка путается в лабиринтах выставленных стеллажей, не зная, как пройти в торговое помещение. Вовка что–то буркнул в своё оправдание, типа – переставили всё, не пройти, – что–то в этом роде.
В конторке продавца стояла очередь. Михал Михалыч, подчиняясь установленным порядкам, встал в очередь. Вовка и Славик топтались у витрин, рассматривая товары. В тот момент, когда очередь подошла, они уже живо беседовали с двумя знакомыми мужиками, забыв про Михал Михалыча.
– Вова! Славик! Вы выбрали, что надо? – возопил Михал Михалыч, когда продавец подняла глаза, и обратилась к Михал Михалычу: «Слушаю!»
– А? Да–да, – нам нужны грибки, Славик, какие? Восемь на девяносто подойдет? – засуетился Вовка. – Сколько, Славик, взять? Штук двести возьмём?
– Бери четыреста! – буркнул Славик.
– На остатке всего двести! – отрезала кассир.
– Давайте двести… Сетка… есть?
– Какая?
– Штукатурная, ячейка двадцать на двадцать? Да, Славик?
– Штукатурной нет, будет через неделю, есть сварная, армопанели, пластмассовая…
– … – шабашники онемели.
– Вова, ты же утверждал, что тут всё есть? – уже с раздражением выдавил Михал Михалыч, – что делать будем?
– А пластификатор для раствора есть? – растеряно спросил Вовка.
– Пластификатор не держим, надо заказывать! Будите заказывать? – как робот, протораторила кассир.
– А когда привезут?
– Без понятия, день–два…
– Ладно, давайте нам «грибки», остальное, будем искать, – подвел итог Михал Михалыч, доставая бумажник. – Пробейте сразу еще цемент и маяки! Сколько мешков вам надо, мастера?
– Мешков двадцать…
– Пробейте тридцать! И маяки, сколько?..
– Штук двадцать…
– Давайте тридцать! – по хозяйски отрезал Михал Михалыч, беря инициативу в свои руки, понимая, что на этих раздолбаев надежды нет. – Пусть у вас накладная полежит, я пришлю "Газель", – попросил он продавца–кассира.
Та понимающе кивнула. Михал Михалыч забрал чек и ни слова не говоря, вышел из конторки.
– Вова, почему хреново изучил ассортимент в магазинах? – съязвил он, когда сели в автомобиль.
– Да всегда там всё было… Неожиданно как–то… – оправдывался Вовка.
Объехав еще пару торговых точек по своему выбору, не доверяя мнению Вовки и Славика, Михал Михалыч купил рулон сетки, заказал доставку под завоз цемента и привёз шабашников на дачу.
– Вот, смотрите, что вам надо отштукатурить! Прикидывайте! Определитесь, будем писать с вами договор! – строго сказал Михал Михалыч.
Он уселся на скамейку возле веранды и со злорадством наблюдал, как шабашники, закурив, с любопытством оглядывали стоящую на поляне постройку. Он силился представить ход их мыслей, и был уверен, что те только и думают, как поднять цену на свои услуги. «Следует быть настороже! – подумал Михал Михалыч, – щас накрутят!» Более всего, сновровку проявлял Вовка: он рассматривал стены, похлопывая шершавые блоки ладонью; косил взглядом с угла, намереваясь оценить плоскость стен.
– На клей ложили блоки. А кто тебе блоки укладывал? – спросил Вовка у Михал Михалыча в результате своих исследований.
– Я сам.
– Ладно, гнать–то! Сам… Не хочешь, – не говори! Тут такая высота стен, что без сетки не обойтись! – я ж тебе объяснял! – рассуждал Вовка.
– Но мне не нужен толстый слой! – возразил Михал Михалыч.
– А всё равно! И чтоб не трескалась штукатурка, тоже сетка нужна! Фундамент у тебя нормальный?
– Полтора метра, из бетонных блочков…
– Маловато! Надо было массивней! Нагрузишь здание, «поплывёт»…
– Два года стоит, не «уплыло», и потом не уплывёт! – нетерпеливо отрезал Михал Михалыч, – ты скажи, – определились?
– Вован, леса надо делать! Тут высота, глянь… – выкатив полупьяные глаза, молвил Славик.
– Слав, заткнись! Это без тебя ясно… Хотя, ты–ж можешь и со стремянки штукатурить! Ха–ха… – резко меняя серьёзное выражение лица на широчайшую улыбку, заржал Вовка.
– А чо заткнись? Я без лесов на высоту не полезу! – как ребенок, обидчиво поджав губы, пробурчал Славик.
