- Нет, скорей всего в промышленном шпионаже обвиняешь её напрасно. Местные ещё не додумались использовать баб для столь серьёзных дел. Она дочь того самого купца, у которого Вторак был кормчим, когда мы с ним повстречались. Ну, которому Сергеич ступню отчекрыжил. После той неудачной экспедиции они оказались разорены подчистую, но вместо того, чтоб стоять с кольцом во рту в весёлой слободке, она пошла работать. А так как парням работу найти неизмеримо проще и платят им больше, то она приняла решение радикальней некуда. Взяла и косу себе отрезала, по нынешним патриархальным временам, позор на всю оставшуюся жизнь. На выходных теперь носит фальшивую косу и сарафан. Домашним кстати, сказала почти правду, дескать устроилась нашим бабам прислуживать. Одним словом, девка решительная, присмотрись к ней повнимательней, может сгодится на большее, чем просто буковки в слова складывать.
- Алексей Сергеевич, я тебя не узнаю, а где паранойя военного? – строитель поскрёб подбородок и продолжил, – слушай, получается, что Милан всю тему знал с самого начала. Он ведь знает эту семью, почему не пришёл, не сказал, так и так, есть грамотная девка, которая жаждет сделать карьеру в издательском бизнесе, посодействуйте в трудоустройстве. Какая ему корысть, если он не раз помогал нам, когда мы были по уши в дерьме. И тем более теперь, когда мы вот-вот породнимся. Уж пойти ему навстречу в такой мелочи, даже разговора быть не могло. Даже если бы совсем тупорылая была, нашли бы куда пристроить. Ерунда какая-то.
- Паранойя никуда не делась, и, похоже, столь полезное заболевание передалось и тебе. Это для нас нет ничего необычного в стриженной девке, одетой в мужские шмотки, а у Милана даже не ёкнуло. Косы нет, одет в штаны, естественно пацан, кто ж ещё. Так что она провела всех, кроме тебя, развращённого цивилизацией.
- Мля, сколько у них условностей, голову сломать. Кстати, по поводу условностей. В связи с предстоящими бракосочетаниями, что от нас требуется?
- Ну ты спросил, – Алексей рассмеялся, – то же, что и дома. Бабло готовь.
Попасть к архиепископу оказалось не так сложно, как представлялось вначале. Правда, пришлось задействовать административный ресурс. Подполковник переговорил с коллегой из конторы архиепископа, тот шепнул нужному человеку из канцелярии и на следующий день они уже стояли в приёмной. Несмотря на высокий пост, владыка Новгородской церкви ничуть не напоминал десятипудовых бизнесменов от религии из их мира. Высокий худой аскет с длинной белой бородой и умными глазами цвета летнего неба. Пятьдесят лет назад слова новгородского миссионера нашли благодатную почву в душе мальчишки из глухой карельской деревни, после чего тот вступил на эту дорогу без возврата. Думал ли он тогда, что станет во главе церкви одного из крупнейших европейских государств? Стоя в его кабинете, заваленном книгами и различными свитками, Алексей понимал со всей ясностью. Нет. Перед ним сидел не торгаш, а рыцарь. Он был здесь не потому: что хочу. А потому что: кто, если не я.
Видимо, на прожжённого менеджера церковник произвёл похожее впечатление, образовалась неловкая пауза. Выручил их архиепископ, ласково поинтересовавшийся: с чем пришли столь уважаемые люди, о которых столько разговоров в последнее время. Алексей не стал тянуть резину и с места в карьер выдал, что пришли оказать помощь в распространении христианства. Для чего готовы передать в руки церкви два полезных изобретения, здесь ещё не известных, но широко распространённых на востоке. Кои готовы немедленно представить.
Дождавшись благосклонного кивка, вперёд вышел Олег с образцами. Показал работу наборщика, отпечатал один лист. Показал, что делать в случае ошибки при наборе. В конце, передал несколько отпечатанных листов с инструкцией по изготовлению бумаги. Стоило отдать мужику должное, понял и проникся. Дальше беседа проходила в совершенно другом ключе. Первое впечатление о Владыке оказалось верным, к мракобесам или средневековым фанатикам он не относился ни коим образом. Вполне современный, думающий человек, для которого вера была действительно внутренней работой, а не повторением заученных ритуалов и тем более не возможностью обогатиться без тяжёлого труда. Живо интересовался религиозной жизнью в других странах. Очень подробно расспрашивал о буддизме. Самое интересное, что религиозное рвение не выказывал, не призывал громы небесные на головы еретиков, а задавал дельные вопросы. По окончании встречи опять оставил о себе самое приятное впечатление.
