По пути она напоролась на начальника по безопасности. Вот и славно. Ей как раз надо думать о своей безопасности. Лиза молча протянула ему коробку.
Он возвел бровь в вопросительном жесте.
— Это мне?
— Это преподнесли мне, но я не решаюсь ее открыть. Взгляните пожалуйста, — и распахнула пошире глаза обезоруживающе улыбаясь.
— Да вы слишком подозрительна исса, — Лиза видела его усмешку. — Вы боитесь открыть коробку?
— Я не трусиха, но знаете, в последнее время меня настораживают коробки с сюрпризами, а вы начальник по безопасности, вот как раз и проявите бдительность. Вдруг там бомба.
Асур не просто открыл коробку он ее разорвал.
— Шоколад, — и протянул ей сладость с некой долей иронии во взгляде.
Лиза сложила губы трубочкой, — Спасибо, — затем взяла остатки коробки просмотрела на наличие записей, посланий и записок. Ничего не было.
Задумчиво и медленно Лизавета развернула обертку — между прочем ее любимого шоколада с орехами — и отломила кусочек.
— Не боитесь, — ее откровенно подкалывали и кажется издевались.
Лиза тут же протянула ему отломленный кусок невинно хлопая глазами.
— У меня нет слов, — Хаим Ширан смотрел на зеленоглазку не в силах скрыть изумления.
— И не надо, вы попробуйте сами, угощайтесь, ну же, боитесь?
Асур зарычал, но Лиза стойко выдержала его вспыхнувший взгляд, и он, не сводя с нее глаз наклонился и губами из ее пальцев заглотил шоколад.
Лиза пару минут оценивающе и с выжиданием смотрела в его глаза, на его лицо. Жив и здоров! И под изумленный взгляд асура пошла по дорожке дальше на ходу кусая шоколад с орешками.
Может надо было с ним еще поделиться?
Лизавета махнула рукой и поспешила на мансарду готовиться к первой лекции. Хотя какие лекции?! Ей же не учить надо, а просто ознакомить асуров с расой людей.
И все же Кудрявцевой было интересно — а кто ей презентовал шоколад? Неужели хасс Адар Тэйт? Хотя, он не стал бы скрывать, а, как и розы вручил бы ей при всех на виду. Но размышлять о тайном поклоннике у Лизоньки времени не было, она снова полезла в гардеробную выбирать костюм…
Шаг двенадцатый…
Перед зеркалом Лизавета проторчала практически полдня, даже обед пропустила так как нервничала, да и утренний шпинат с тыквой слишком сытным оказался. Наконец в последний раз она нервно провела ладонями по идеально гладкой ткани брюк, разглаживая несуществующие складочки и улыбнулась своему отражению. Своим нарядом она вознамерилась показать всем, что она взрослая и уверенная в себе женщина… и решила остановиться на более консервативном и классическом варианте костюма темно-абрикосового цвета: строгий приталенный пиджачок, прямого покроя брюки, белая блузка. Туфли-лодочки естественно на высоком каблуке, которые придавали ей уверенности. Теперь оставалось только причесаться — если это можно так назвать. Золотые кудри собрала в пучок, явив миру идеальную головку а-ля балерина.
Лиза прекрасно понимала, что асуры придут ее не как слушать, а поглазеть как на диковинку. Ну что ж, всколыхнем, так сказать, общественность. Главное, не позволять страху и неуверенности охватить сознание.
И ей было страшно! Действительно страшно.
«Соберись, Кудрявцева, представь, что это твоя роль. Ты ведь в будущем актриса! Ну же… все к черту!».
Тьфу тьфу…
Лиза переплюнула через плечо, выдохнула, расправила плечи, вздернула голову, открыла дверь и поцокала в кабинет Его Темнейшества будучи полностью уверенной в себе.
Магистр Маргард бросил на нее странный взгляд. Пришелицу было невозможно узнать. Хорошенькая, легкая, с точеной фигуркой она была прелестна. Одежда очень ей шла, придавая строгий, но женственно-романтический вид.
Лиза склонила золотую головку на плечо и усмехнулась:
— Ну что? Я похожа на преподавателя?
— Ты, душенька моя, вообще не похожа на себя утреннюю, вот как одежда меняет человека!
Лиза фыркнула и сделала вид, что его слова ни капли ее не задели.
— Пойдем. Пора тебе познакомиться с асурами, — и такое предвкушение загорелось в его глазах, что Лиза нервно вздрогнула.
Наконец пройдя все коридоры и закрытые двери, они оказались у той аудитории, где Лизавета целый содэ будет рассказывать о своем мире. Перед дверьми магистр еще раз взглянул на нее.
— Готова?
— Готова, — утвердительно кивнула она.
Готова она? Как же… Ложь!
Дверь распахнулась — Лизавета замандражировала, но вздернув голову процокала на каблучках следом за Его Темнейшеством. В аудиторию она входила холодная, сильная, целеустремленная, как стальной клинок.
— Эрганы, приветствую вас! — раздался голос магистра, усиленный эхом помещения.
Асуры вставали и грохот отодвигаемых стульев был немногим громче биения ее сердца.
— Приветствуем, магистр Маргард! — слаженный гул голосов заставил Лизавету вздрогнуть.
«Я не трусиха».
Тишина, точнее, гробовое молчание, ее, конечно, напрягало. Но она взяла себя в руки и спокойным, недрогнувшим, что радует, голосом произнесла:
