— Я, вообще-то, не пью, — выдает Вики серьезно. А то, что забывает обедать вовремя, она, значит, не отрицает.
— Правда? — усмехаюсь я, непроизвольно наслаждаясь ее теплом. — А так и не скажешь.
— Ты ушел, и я хотела уйти. А он говорит: «На училку похожа, давай выпьем». А я не люблю, когда… Ну вот я и пошла, — тараторит она пьяно. — Это ты виноват, — выносит она вердикт.
Сложив вместе пазлы сегодняшнего вечера, начинаю понимать, что именно произошло. Правда, при чем тут училка?
Вспомнив собственное сравнение при нашей с ней первой встрече, начинаю злиться, представляя, что она соблазнила еще кого-то кроме меня своим сексуально-строгим видом.
Недовольство этим фактом захлестывает с головой.
Почему она не послала их куда подальше?
— Они оказались не такими страшными, — бубнит Вики, засыпая стоя. — Особенно Сэм.
Вот я идиот! Испугалась, вот и не смогла отказать им.
Она права, это все я виноват.
Поехал бы на машине, не было бы всех этих проблем.
— Пойдем я тебя покормлю, — предлагаю, поднимая ее на руки.
— Я могу сама, — возмущается Вики, снова просыпаясь.
— Конечно, но так будет быстрее, — перебиваю я ее дальнейшее возмущение. — Лучше обхвати меня за шею, чтобы мне удобней было.
Вики, замешкавшись на секунду, все-таки выполняет мою просьбу. Каждая частичка ее тела, которая прижимается ко мне, будто оставляет ожог.
Я мазохист. Ничем иным не объяснить причину того, что до кухни я добирался целую вечность. И даже став немощным стариком, вряд ли я буду двигаться медленнее.
Опуская ее на стул, едва сдерживаю разочарованный стон.
Хрупкость Виктории вызывает во мне желание позаботиться о ней, защитить.
— Посмотрю, что у нас есть в холодильнике, — бросаю я, отворачиваясь и поправляя брюки.
— Лучше отвези меня домой, — просит Вики, заставляя снова бросить на нее недовольный взгляд.
— Я думаю, мы уже решили этот вопрос, сегодня ты наша гостья, — отрезаю я.
— Но…
— Никаких но, у меня очень удобный диван, — пытаюсь я ее успокоить. — А утром, так уж и быть, подбросишь меня до клуба. По твоей милости я оставил там свой байк. Ты счастливица: у нас есть курица, ростбиф, паста, салат и лазанья, — перечисляю я, вытаскивая контейнеры с едой.
— А расческа у вас есть? — вдруг спрашивает Вики, заставляя меня на нее оглянуться.
— Есть, а зачем? — не понимаю.
— Причешусь, прежде чем помереть, — выдает она серьезно. — После всего перечисленного меня можно будет хоронить, — дает она ответ на мой незаданный вопрос. — Хочу быть красивой.
— А ты забавная, — усмехаюсь я. — Никогда не думал, что у моей жены будет чувство юмора, — выдаю не подумав и тут же ощущаю, как она напрягается.
— Так ты и вправду не хочешь развода? — спрашивает Вики сдавленным голосом.
И что ей теперь ответить? Не говорить же правду, в самом деле.
Дэйв
— Не хочу, — отвечаю серьёзно, глядя ей в глаза. — Если бы я сам выбирал, то уверен, лучше тебя не нашел бы.
Вики смотрит не моргая. Глаза — зеркало души?
Кажется, только что я увидел ее. Такая беззащитная и невинная, но в то же время очень сильная.
Словно почувствовав мое вторжение, Вики отводит взгляд, и волшебство исчезает.
— Это неправильно, — откашлявшись, говорит она, но ее слова звучат неубедительно. — И вообще, я не хочу замуж. Мне претят все эти свидания и бессмысленные разговоры.
На этом и сыграю.
— Так мы и не женаты в полноценном смысле этого слова, — отворачиваясь от нее к плите, объясняю я. — Ты сама выберешь или мне решить, чем ты поужинаешь?
Специально перевожу тему, чтобы разрядить обстановку и показать Вики, что мы обсуждаем вполне обыденные вещи. Со мной не опасно.
— При мысли о еде меня мутит, — признается девушка, поддаваясь на мою уловку.
— Сварю тебе турецкий кофе, вмиг приведет тебя в чувство, — решаю я, бросая на нее взгляд через плечо.
Похоже, я ее снова удивил. Отлично. Теперь осталось заставить ее смеяться, и она будет моя.
— Если тебе не нравится ничего из того, что есть, могу приготовить что-нибудь другое, на твое усмотрение, — выдаю я раньше, чем она сможет снова вернуться к беспокоящему ее вопросу.
— Ты не похож на того, кто умеет готовить, — скептически.
— А на кого я, по-твоему, похож? — разливаю ароматный напиток по маленьким чашкам и ставлю их на стол. — Оцени мое умение, — подталкиваю к ней одну и всем видом показываю, что жду ее вердикта.
Снова долгий неверящий взгляд, после которого она все-таки пробует напиток и прикрывает глаза, не скрывая своего блаженства.
— Вкусно, — признается она, допив половину.
— Рад, что тебе нравится, — улыбаюсь, пробуя свой. — Видишь, еще один плюс в мою копилку. Могу готовить тебе кофе каждое утро.
Вики, как раз отпившая из своей чашки, давится после моих слов.
— Слишком остро реагируешь, — осторожно стучу ей по спине.
— Мы только познакомились и совершенно не знаем друг друга, а ты говоришь о совместном проживании так, будто это для тебя нормально, — возмущается она. — Тебе должно быть неприятно, так же как и мне. Я тебя только увидела, а уже «замужем».