Обед был благополучно прикончен, Гермионе не терпелось отправиться на Арифмантику, мне тут делать нечего, потому мы одни из первых покинули Большой Зал.
Кабинет арифмантики мало отличался от такого же по Рунам — не формой, но содержанием. Огромное количество больших плакатов с различными таблицами на голых каменных стенах, всё те же деревянные парты в три ряда, доска и преподавательский стол.
Септима Вектор — строгая женщина. По своей строгости и чопорности манер она могла бы поспорить с МакГонагалл, но у неё было обманчиво доброе лицо. Да и сама она казалось несколько добрее. Возможно, из–за лёгкой полноты?
Вместе с нами на занятиях была всё та же Гринграсс, но компанию ей составляла ещё одна девушка — Булстроуд. Полненькая и тоже обманчиво добрая. Хотя, может и добрая — кто их там знает, этих хитрецов. От воронов с нами был опять же Гольдштейн и ещё какая–то брюнетка, а с факультета Хельги — пустота. Странные они, неужели там вообще никому ничего не надо?
В принципе, ничего особо интересного на уроках арифмантики не было — мы писали контрольные для проверки того, что мы вообще знаем. Знать нам, судя по всему, требовалось пока что только арифметические операции, таблицы умножения и прочее. Профессор Вектор осталась довольна, бегло пробежав результаты, резюмируя, что нам не нужно заниматься совсем уж детскими азами и можно приступить к разбору более сложных сугубо математических действий.
Мы переглядывались с Гермионой на протяжении всех занятий, а после подошли к преподавателю.
— Профессор Вектор, мэм, у нас есть пара вопросов.
— Да? Мистер Найт, мисс Грейнджер, правильно?
— Да, мэм. Тут такое дело, — заговорил я, пока Гермиона искала в сумке свои тетрадки с обычной школы. — Мы занимаемся математикой по программе обычной школы, потому это всё нам не вновь и даже больше — слишком просто.
— Так–так, давайте посмотрим, молодые люди, что вы там решаете.
Несколько минут профессор листала тетрадки с черновиками без особого энтузиазма.
— Да, вижу вы ушли дальше программы за третий, четвёртый и пятый курсы. В таком случае, продолжайте в том же духе. В арифмантике используются те же расчёты и операции, что и в маггловских математических дисциплинах. В том числе и высшая математика.
Похоже, на лице Гермионы проскользнула тень удивления, ведь профессор Вектор ухмыльнулась.
— Да, мисс Грейнджер, мне прекрасно знакомы не только эти термины, но и их значение. Почитайте историю — среди выдающихся математиков были и волшебники. Правда, обычные люди, само собой, об этом не знают. Однако, молодые люди, в арифмантике есть много других функций и операций, отсутствующих в математике как таковые. Возьмите в библиотеке вот эти книги.
Профессор взмахнула палочкой, а на одном из пустых пергаментов на её столе появился мелкий текст красивым шрифтом.
— Там разбираются те и только те операции, знаки и функции, существующие только в арифмантике. Изучайте. А на занятиях всё равно будете выполнять ту практическую часть, которую даю я. Будете привыкать использовать математику ещё и для магических вычислений, нарабатывать привычку не только маггловские примеры видеть в формулах. Свободны.
— Всего доброго.
Мы вышли из кабинета.
— Строгая, — заметил я.
— Это хорошо, — кивнула Гермиона.
Мы хотели отправиться в кабинет к директору, но Хогвартс — проклятый лабиринт, даже если учишься тут не первый год. Неведомым мне образом мы оказались на третьем этаже, будь он неладен, и встретили возмущённого чем–то Малфоя в компании своих вечных спутников — Кребба и Гойла. Вместе с ними была ещё и тоненькая брюнетка с причёской каре.
— Да как они посмели! — вещал Малфой, злобно шипя и чуть ли не плюясь, быстрым шагом идя по коридору.
— Грязные грифы, — с энтузиазмом поддакивала ему брюнетка. Паркинсон, вроде как. И вовсе не мопс, вполне нормальная.
Не заметить нас было нельзя, а потому…
— Вы только посмотрите, — скривился в пренебрежительной улыбке Малфой, — две грязнокровки пачкают своими грязными ногами полы школы…
Компания надвигалась на нас довольно агрессивно, ухмыляясь. Гермиона, я даже не заметил когда, успела вытащить палочку, вальяжно стояла и постукивала кончиком этой самой палочки по подбородку, при этом ехидно так улыбаясь.
— Ути Дракусик хочет похвастать новым заклинанием?
С Малфоя улыбка слетела. Между нами оставалась пара метров.
— Или он выучил новое плохое слово? — всё таким же сюсюкающимся тоном говорила Гермиона. Я с трудом подавлял улыбку.
— Да как ты смеешь! — взъярилась брюнетка, хоть и наигранно. Слишком наигранно. Перестаралась. — Грязнокровка!
— Ты завел себе новых друзей, — ещё шире улыбнулась Гермиона. — Хороший мальчик.
— Ты бы следила за словами… — Драко резко подошёл вплотную, собираясь достать палочку. Крэбб последовал за ним, а Гойл ещё и прикрыл собой Паркинсон. Отработанная схема?
— Дай мне повод, — спокойно смотрел я на Малфоя, напрасно пытавшегося «грозно нависнуть». Рост ему не позволяет. Вытянулся, но ниже меня на треть головы. — Только дай мне повод, наследник Малфой.
