— Да, — ответили мы одновременно.
— Прекрасное единодушие. Туда принято отправляться порталом, но я и так знаю место. Аппарируем.
— Тройная аппарация? — удивилась Гермиона, и было чем. Двойную потянет не каждый, а тройную.
— Это ещё что, — тихо заметил я, но само собой, все услышали.
— Скажешь что–то лишнее, дорогой ученик, и я тебе руки с ногами поменяю, и скажу, что так и было.
— Понял.
Дельфина протянула нам руки.
— Возьмите за руки и держитесь.
Краткий миг неприятных ощущений, и вот мы уже стоим почти на вершине холма, а позади — лес.
— Гермиона? Всё хорошо?
— Не уверена… — девушка выглядела очень кисло. — Такое чувство, словно все органы перемешались в случайном порядке.
— Так только в первый раз, юная мисс, — улыбнулась Дельфина и поманила нас на верх холма. Так и пошли, шаг в шаг, друг рядом с другом.
— Леди Гринграсс, значит, «Прекрасна как всегда», — бурчала Гермиона. — А Гермиона — Пушистик.
Дельфина звонко, но тихо рассмеялась, смутив тем самым Гермиону, явно не отошедшую от аппарации.
— Смотри на это под другим углом, Герм. Кому–то дежурный комплимент, а кому–то — личный.
Гермиона глянула на Дельфину и как–то хищно улыбнулась.
— Мог бы и промолчать. А теперь я тебе могу лишь посочувствовать.
Посмотрев в сторону леди Гринграсс, я увидел похожую хищную улыбку. Вот именно с такой меня по лесу гоняли, вбивая в землю. Без сочувствия и сожаления.
— Дежурный, значит, комплимент?
«А я механизм аппарации разработала. Я молодец?».
— Мерлин, за что?! — спросил я небеса, но в ответ лишь чириканье птичек со стороны леса, да нарастающий шум спереди.
Взойдя на вершину холма, нам открылся вид на огромную равнину, от края до края заполненную уже развёрнутыми, или только–только разворачиваемыми палатками самых разных видов, размеров и цветов. Тут и там летали волшебники на мётлах, шла какая–то суета, виднелась ярмарочная площадь, а где–то в километре высилась громадина стадиона.
— Ну вот, сейчас я вас проведу через регистрацию, и отправлюсь по своим делам.
— Ага… — отстранённо ответила Гермиона, глядя на всё это.
— Приключения не ждут?
Предстоят действительно интересные пять дней. По крайней мере я на это надеюсь.
Регистрация прошла довольно быстро — нас встретили два волшебника в очень странных нарядах. Скорее всего, они пытались походить на обычных людей, но получалось, откровенно говоря, не очень, ведь женские шляпки на мужиках за сорок, какие–то клешеные брюки, или вот ночнушки в качестве верхней одежды — нонсенс. Забавно, что леди Гринграсс это отлично понимала, но виду не подала, старательно спрятав улыбку. Гермиона тоже проявила навыки окклюменции, хотя, то и дело уголки её губ дёргались в попытке улыбнуться.
После того, как в списках нашли моё имя и два билета на него, чиркнули имя Гермионы в качестве второго волшебника, а леди Гринграсс эту процедуру прошла ещё пару дней назад, когда начинались сборы, но не заселение.
— Скажу вам, молодые люди, — говорила Дельфина, пока мы шли к следующему пункту регистрации, домику обычных людей. — Волшебники начали приезжать ещё неделю назад, но только сегодня разрешено официально занимать купленные места. Правда, всем было плевать на такую мелочь.
— Но почему? — удивилась Гермиона, осматривая то погружающиеся в лёгкий туман, то становящиеся вновь хорошо видимыми палатки.
— Все знают, что не только стадион, но и все поля накрыты магглоотталкивающими чарами, потому и пренебрегают правилами в мелочах. Вот только накрыть такую площадь без ритуальных схем крайне трудно.
— Так и использовали бы схемы, в чём проблема?
— Вы, юная мисс, просто не знакомы с тем болотом, по недоразумению называемым законодательством, — улыбнулась Дельфина. — Там просто невероятная путаница в формулировках и законах, новых и старых, и с каждым годом всё становится хуже. На данный момент существует множество различных запретов и ограничений на разного рода магию, и ритуальную в том числе. Если разобрать законы по буквам и полочкам, то становится очевидно, что никто её запрещать не хотел, лишь ограничить отдельные элементы, жертвы там, и откровенно тёмные ритуалы. Но по тексту–то получается, что вся такая магия — тёмная, практиковать нельзя, а то, что можно — ограничено пятью рунами и семью графическими элементами.
— Это же нонсенс! — возмутилась Гермиона, но продолжать не стала, ведь мы подошли к дверям дома.
Постучав в деревянную дверь, я стал дожидаться разрешения.
— Не заперто! — донёсся голос изнутри и открыв дверь, мы зашли внутрь.
Самый обычный дом сельского типа, сейчас тёмный, свет выключен, с обычной мебелью и экземплярами старой техники. У окна стоял простой мужик лет сорока.
— Проходите. И вы снять место?
Точно! Недостаточно же просто купить билеты? Ах, плохой, плохой продавец в магазине «Все для квиддича», не сказал о таком нюансе. Но не страшно — обычные фунты у меня всегда с собой.
— Да, сэр, — с улыбкой ответила Дельфина.
