Солан ждала Рагнара, но он пока не появлялся. Лишь тот дерзкий молодой северянин ехал недалеко от повозки и что-то мастерил из кожи прямо в седле, ловко прокалывая лоскутки длинной иглой с крючком на конце и сшивая их жилами.
Жрицы не обращали на него внимания, только любопытная Тайлин вертелась рядом: ей было интересно, что делает варвар. Да и сам он, судя по всему, тоже был ей интересен.
– Что это у тебя? – спросила она, разглядывая железный колпачок, надетый на большой палец левой руки северянина. – Шлем для пальца? Он у тебя тоже воин?
– Theembol9, – ответил мужчина и привычным жестом убрал за ухо волосы. – Не знать, как сказать… плохо говорить южный язык. Мало бывать здесь. Один раз.
Тайлин заглянула в его глаза, голубые и ясные, как летнее небо, и неожиданно предложила:
– Я могу научить тебя, если хочешь.
Северянин посмотрел на нее сверху вниз, улыбнулся и качнул головой:
– Нет.
– Нет?! – не то удивилась, не то обиделась девушка. – Почему?
– Это не нравится вождь, – отозвался он, не отрываясь от работы. – Твой и мой.
Тайлин обернулась… и наткнулась на сердитый, осуждающий взгляд Зелии. Старшая из воительниц ничего не сказала, только многозначительно хмыкнула и прошла мимо.
– Я просто хотела помочь, – хмуро проговорила девушка. – Это плохо?
Зелия ничего не ответила. А вот Хризе, поравнявшись с ней, скорчила гримасу и передразнила:
– Это не нравится вождь!
Тайлин зашипела, как кошка, звонко шлепнула ее по заду и услышала тихий смех северянина:
– За правду не бьют.
Он затянул последний узел, перерезал жилу ножом и убрал иглу в поясную сумку. А потом подъехал к повозке, оглядел лежащую с закрытыми глазами Герику и, наклонившись, положил на колени Солан пару легких кожаных сапожек.
– Это для нее. – Он показал на жрицу. – Больше не пыль, не грязь, не боль. Рагнар сказал – Арне сделал.
– Спасибо, Арне. – Солан повертела в руках необычную обувь, которую с трудом представляла на ногах у подруги. – А ты не мог бы напомнить вождю, что он кое-что мне обещал?
Иногда с Рагнаром Кромхартом было просто невозможно разговаривать.
С первых минут знакомства с северянином Искандеру казалось, что он встретил старого доброго друга, который знает его, как никто другой, и понимает почти без слов. Учитывая огромную разницу в воспитании, образовании и мировоззрении, это казалось очень странным и удивляло Искандера, но когда он познакомил Рагнара с Калигаром, тот, понаблюдав со стороны, объяснил ему:
– Разные по характеру люди часто дополняют друг друга, и хотя порой они кажутся друг другу невыносимыми и ужасно раздражают, все же им хорошо вместе. Каждому из них есть чему научить другого и чему поучиться самим. Наверное, это и есть настоящая дружба.
– Ты тоже мой друг, но с тобой все иначе, – возразил Искандер.
– Да, – улыбнулся Калигар, – потому что я всегда помню, что ты – мой государь, и готов подчиняться твоим приказам. А в случае с северянином ты встретил равного себе – может, не по званию и происхождению, но по доблести и духу.
Искандер запомнил эти слова. Но когда Кромхарт выводил его из себя, ему казалось, что даже мудрый Калигар может ошибаться.
Особенно танарийского царя раздражала поразительная упертость варвара. Если Рагнара что-то интересовало, он задавал вопросы до тех пор, пока не узнавал все, что ему было нужно, даже если собеседник, потеряв терпение, от души желал ему провалиться в Бездну. И наоборот: если Рагнар не хотел говорить на какую-то тему, допытываться было бесполезно: он упрямо молчал, либо так ловко увиливал от разговора, что сдавались самые стойкие.
И сегодня Искандер уже не раз проклял ту минуту, когда решился заговорить о Герике.
– Как там та девушка, которую ты собрался взять в жены? – поинтересовался он, помня о просьбе Зелии. – Она согласилась? Или, быть может, ты передумал?
– Не передумал, – мотнул головой варвар, разглядывая виднеющееся вдалеке поселение. – И не согласилась. Но это не важно: все они поначалу ломаются, а потом сдаются.
– Звучит так, будто ты уже несколько раз был женат, – усмехнулся Искандер.
– Не был. Хотя наши мужчины женятся очень рано. Так принято – чтобы успели оставить потомство, пока не погибли во имя Крома.
– А что же ты? Неужели там, у вас, не было ни одной девушки, глядя на которую ты задумался бы о детях? – полюбопытствовал царь.
Рагнар продолжал смотреть куда-то за горизонт.
– Вы же не считаете южанок красивыми, – продолжал Искандер. – У вас ценятся голубоглазые, светловолосые девушки…
– А тебе какие нравятся? – неожиданно спросил северянин.
– Мне? – растерялся танарийский царь, не ожидавший подобного вопроса. – Вообще-то мы сейчас говорим не об этом…
– Не понимаю, как можно так долго обходиться без женщины, – снова перебил его Кромхарт. – У тебя уже несколько лет нет жены, ты не выбрал невесту, не водишь к себе в шатер huures10, не трахаешь пленниц. Тебя бабы вообще не интересуют, или у тебя немощь по этой части?
– Что? – Искандер опешил. – Нет, я…
