– Ты стал крепче и выносливее, – как-то ночью, тяжело дыша заметил Мэвик, который по воле случая или по очередной хитрой задумке Первого делил комнату с Блэком. – И твой зад наконец-то напоминает зад бойца, – словно желая убедиться в своих словах, Скала с громким шлепком ударил соседа по упомянутой части тела и прижался плотнее к его потному голому торсу.
Блэк в ответ утробно зарычал и стал двигаться активнее, то на мгновение разрывая, то стремительно сокращая расстояние между ними. Он тяжело дышал, но надеялся не выбиться из сил раньше времени, что с каждой секундой становилось непосильной задачей. Слишком уж большим и тяжелым был Мэвик, слишком крепко он удерживал Блэка, направляя тело парня так, как хотелось ему.
– Хотя твои длинные волосы, – Скала свободной рукой потрепал Блэка по голове и намотал один локон на кулак, – не дают мне покоя.
«Это уж слишком!» – чужак вспыхнул от негодования, как факел, облитый маслом, и рванулся, что было мочи.
За последние несколько месяцев его волосы благодаря расовым особенностям сильно выросли и теперь ниспадали до лопаток черным смоляным потоком. Над ним постоянно подтрунивали по этому поводу другие ученики и кое-кто из младшего состава. Но Блэк не планировал подстригаться, ему нравилось выделяться из толпы лысых болванчиков. Основной же мотив скрывался в том, что длина волос служила напоминанием всем – он не их расы, он не низшего сословия, а аристократ, несмотря на достаточно юный возраст. И не важно, что никто не знал: у народа Блэка длинные волосы считались привилегией. Будучи совсем зеленым мальчишкой, он день и ночь трудился на полях, на улицах и в домах, в кровь стирая кожу по всему телу, чтобы заслужить более высокое положение, чем было у многих взрослых. Он не гнушался никакой работы, не жалел себя. И очень гордился, когда впервые подарил маме цветочную воду, невероятно редкую, безумно ароматную и баснословно дорогую. Лишь знатные сородичи могли позволить себе такую покупку.
Поэтому поведение Мэвика стало последней каплей, спусковым механизмом. Конечно, сосед по комнате говорил без умысла. Он подтрунивал над товарищем, старался вывести на эмоции, затмевающие здравый смысл и отнимающие силы, заставлял почувствовать свое превосходство. Понимание всего этого не помогало Блэку противостоять наплыву злости и досады, но как бы чужак не ершился, а вырваться из стального захвата Скалы не получалось.
«Ты можешь быть бесконечно горделив, но что толку, если не хватает сил отстоять честь?» – неподконтрольные мысли еще больше выводили Блэка из хрупкого равновесия.
Умение держать в узде эмоции и выкручиваться из самых сложных ситуаций тоже были частью тренировок, которые давали видимые результаты. Вот уже несколько недель парни каждую ночь после отбоя занимались борьбой. Мэвик сам предложил, а отказываются от помощи мастеров своего дела – за короткое время верзила достиг огромных успехов – лишь идиоты. Блэк не считал себя наивным глупцом. Вот только не слишком умное занятие торчать головой из подмышки соседа.
– Ну что, сдаешься? – без издевки в голосе спросил Скала. – Задушу же.
– Нэ… – прикушенный и распухший язык не подчинялся Блэку.
– Да перестань, об этом никто кроме нас знать не будет, – уговаривал «каменный» парень с натугой в голосе: все же усилия Блэка не прошли даром, и оппонент изрядно вымотался. – В прошлый раз я тебя кое-как откачал. Блэк, чтоб тебя щекотунчики по ночам мучили!
Несмотря на внушительный и грозный вид, Мэвик был добряком, который к тому же стеснялся браниться даже наедине с представителями своего пола, а при девушках его речь напоминала отрывки из книг возвышенного и благородного писателя. Сам Принц мог бы позавидовать! И этими самыми щекотунчиками Скала пугал Блэка каждый раз, когда тот упрямился. Общались юноши на общем языке, но чужак не имел ни малейшего представления о том, что это за звери такие. Спросить стеснялся, а в библиотеке информации так и не нашел.
– Нэ… – протест Блэка захлебнулся в слюне, которая обильно потекла из открытого рта. Еще немного, и сознание потекло бы следом.
– Кому там некуда девать энергию? – взревел в коридоре ночной караульный, совершавший стандартный обход. – Сейчас доложу Первому, и будете у меня круги наматывать вокруг замка, пока языки не отсохнут от жажды!
Блэк и Мэвик отпрыгнули друг от друга с молниеносной скоростью. Точнее, так отпрыгнул один из них, потому что сложно назвать прыжком шаткую походку побежденного, но не сдавшегося борца. Уже отточенными движениями парни бесшумно поставили кровати на место, поправили стол и стулья и мигом забрались под одеяла, притворившись спящими ангелами.
– Ну, кто жаждет погулять под звездами? – вновь прогремел голос стражника в отставке. – Что, больше нет желающих? – Блэк старался не дышать, потому что воздух из горла вырывался с громким хрипом. – То-то же.
Тяжелые шаги караульного удалялись от двери комнаты, а кадеты, словно маленькие дети, которые безнаказанно обхитрили суровых взрослых, переглядывались и довольно посмеивались.
