К нам в двери стучится мудрое безумие богов. Скоро расшатает оно неподвижные устои философской мысли.
Падет западное рассудочное познание, затрещит и рухнет огромное здание кантовской философии. И из всех щелей, всех трещин глянет на нас множество богов, светлых и темных, бездна творческих случайностей, многоликий и свободный мир».
В каждый переломный момент истории вновь происходит мифологизация сознания. Здесь-то и восстают древние или псевдодревние пророчества. Их нацеливают в будущее и превращают в мечту.
А мечта — сильнейшая точка притяжения для всякого революционного движения.
Правда, энтузиазм неизбежно иссякает. Революции вновь пожирают своих детей. Наступает время демиурга, пытающегося упорядочить послереволюционный хаос.
Согласно учению неоплатонизма, питавшему на протяжении веков многие ереси, в том числе и протофашистские, каждый демиург рано или поздно ослабевает. И тогда Хаос — древнейший из богов — вновь спешит вернуться к своему владычеству.
Получается, этим двум состояниям человечества (революционному хаосу и его последующему упорядочению) и соответствуют функции двух направлений в масонстве.
Вызвать взрыв в Германии в первой трети нашего века помогли «египтяне», а затем, отстранив их, канализировать эту энергию в нужном направлении — «шотландцы».
Недаром одни поклоняются метафизическому бунтарю Люциферу, а другие — Великому Архитектору Вселенной. Только не две ли это маски одного персонажа? Иначе о какой солидарности посвященных, проявившейся на Нюрнбергском процессе, можно было бы говорить?!
Это подтверждает и такой любопытный факт. Летом 1993 года в Страсбурге (столице исторической Лотарингии) по инициативе Великого Востока Франции была собрана европейская конференция для координации действий масонских лож различных направлений… Генерал Людендорф уже давно понял, что тактика ложного разделения лож формулируется лозунгом: «Идите раздельно, но ударьте вместе».
Митрополит Антоний (Храповицкий) цитировал одного масонского авторитета: «Масонство едино, и всякий ритуал или нация, отступающие от этого принципа, заблуждаются и отходят от масонского пути… Имеется ли математика английская, шотландская или французская? Нет, есть только математика, и также есть только масонство… Масонство едино, и рознь между различными ритуалами лишь показная, для широкой публики».
Но кто же координирует колоссальные структуры в масштабах всего мiра? Этот вопрос заводит в тупик многих исследователей. Особенно атеистов. Обычно они останавливаются на «Высших неизвестных», Сионской Общине, «черных ложах» и т. п.[110]. Бывший сотрудник ЦРУ Джон Колеман, например, усматривает центр мирового заговора в «Комитете 300»[111].
Однако православная конспирология смотрит глубже. Если краеугольный камень своей Церкви — Христос, то где вершина масонской перевернутой пирамиды? Она находится также вне человеческого мiра. И указует на сатану.
Это противостояние запечатлено в каббалистической символике. В состоящей из двух треугольников шестиконечной звезде. Треугольник, обращенный острием вверх, означает триипостасного Бога. Злого для каббалистов Бога. Поэтому изображается этот треугольник, направленный на первую букву алфавита — «альфа», темным. Другой же (светлый) треугольник обращен вниз и указует на последнюю букву — «омега».
Существуют масонские печати, где вся эта конструкция уже перевернулась. Здесь, писал Сергей Нилус, разгадка тайны «четырех вещей» Талмуда:
…Меж тем цементной советской стабильности пришел конец. Подул «свежий ветер перемен», оказавшийся диавольским «бурным ветром». На этом рубеже эмиссары нижнего мира, независимо от принадлежности к тому или иному масонскому направлению, и зачастили в нашу страну.
Вот в декабре 1988 года в своем московском филиале гостит делегация еврейской ложи Бнай Брит во главе с ее «президентом» Марком Ароном.
Вот в столицу России приезжает Великий Мастер Итальянской национальной ложи Джулиано ди Бернардо. И в одном очень высоком кабинете дарит его хозяину экземпляр своей книги, с «братскими» пожеланиями.
Вот под ручку с бывшим пресс-секретарем Ельцина Павлом Вощановым по московским коридорам власти прогуливается глава Великого Востока Франции г-н Рагаш.
Вот Великий мастер Великой национальной ложи Франции Клод Шарбонье прибывает в Москву и принимает присягу у новоиспеченного Великого мастера Великой ложи России.
А вот — знакомый нам «брат Маркион», высокий посвященный Мемфис Мицраим. Этого посланца кроулианско-националистическо-голубой тусовки, естественно, принимают в кругах «интеллектуальной оппозиции»[112].
