Шаги навстречу полностью

— Бри, я понимаю твои чувства. Никто из нас не идеален. Мы все время от времени выходим из себя, говорим ужасные вещи или то, что на самом деле не имеем в виду. — Я на мгновение умолкаю, неожиданно вспоминая Делла и все то, что мы наговорили друг другу за эти годы, а в особенности за последние двенадцать месяцев. Жаль, его здесь нет и он это не слышит. — И я думаю, что именно потому, что мы любим друг друга, мы говорим и делаем неприятные вещи, чтобы привлечь внимание тех, кого любим больше всего. Или отомстить им за, как нам кажется, несправедливость. Когда нас обижают незнакомые люди, мы имеем склонность истолковывать сомнения в пользу ответной стороны. Мы убеждаем себя, что это простая случайность, что это не имеет большого значения, а потом забываем об этом. Но когда кто-то из нашей семьи делает то, что нам не нравится, тогда берегись!

— Зачем опять затевать этот разговор? — удивляется Энн. — Ты уже преподала нам урок с бросанием камней.

— Затем, что я хочу его закрепить. Я хочу, чтобы мы внешне относились друг к другу так же, как чувствуем в глубине души. Возможно, это прозвучит странно, но я хочу, чтобы мы любили друг друга, как члены одной семьи, но были любезны друг с другом, как с незнакомыми людьми.

Больше всего, кажется, сбита с толку Бри.

— Как это?

— Можно, я повременю с ответом? Хочу вам вначале кое-что прочитать. — Я достаю толстый том в кожаном переплете, который закончила читать вчера глубокой ночью. На обложке нет названия, только пара выцветших золотистых букв в нижнем правом углу. — Кто-нибудь знает, что это?

Все качают головами.

— Дневник? — предполагает Энн.

Я подмигиваю ей:

— Если быть точной, это и есть «урнал» — один из множества старых дневников, которые хранила бабушка. Ночью в субботу я нашла на чердаке целый ящик. — Я открываю страницу с желтым стикером-закладкой. — Я сейчас прочитаю пару абзацев, чтобы вы представляли, о чем речь. Оказывается, до сих пор я знала не всю правду о моих дедушке и бабушке. Я считала, что у них идеальный брак… возможно, так и было. Но и в нем хватало черных и белых полос. — Я откашливаюсь и начинаю читать:

«В прошлом месяце наша младшая дочь окончила школу, и все мои страхи о наших отношениях с Альфредом воплотились в жизнь. Кажется, он отдаляется от меня, или, возможно, он уже давно отдалился, но я была слишком занята, чтобы это заметить. Дети были центром нашей вселенной, а сейчас, когда они уехали, в наших отношениях образовалась заметная брешь. Скорее похожая на черную дыру — ее не видно, но я чувствую, как пустота затягивает нас. Когда рядом нет детей, мы не знаем, как себя вести; не умеем общаться, не знаем, как любить».

Я открываю очередную отмеченную страницу: