Я выдумал старуху, которая выходит из зеркала, если ее трижды позвать ровно в двенадцать часов ночи. Эта старуха душит насмерть того, кто ее позвал. Я даже выдумал имя для этой старухи. И вот настала ночь…
– Извини, – перебила Тамара, – сколько времени нам осталось?
– Шесть минут. Пять с половиной. Вот, когда настало двенадцать часов ночи, мы все сбились в одну палатку и у каждого было зеркало. Мы хотели проверить, кто из нас самый смелый. Я сам выдумал эту сказку и поэтому точно знал, что бояться нечего. Я хотел быть самым смелым. Но когда настало без одной минуты двенадцать; когда я посмотрел в зеркало…
Короткий звонок в дверь.
– Кто это может быть?
– Я никого не жду. Что случилось без одной минуты двенадцать?
– Мне показалось, что я ее увидел. И я струсил, не смог позвать. Точно так же струсили все остальные. Ни один не назвал имени этой старухи. Но что-то в зеркале действительно было. Я точно видел там не себя…
Снова звонок. За ним еще два. Нетерпеливо.
– Не открывай!
– Не бойся.
Он встал и направился к двери. Часы показывали предпоследнюю минуту жизни. Кир открыл дверь и тихо поговорил с кем-то у порога. Потом вернулся.
– Кто это был? – спросила Тамара.
– Какая-то женщина. Странная. Она сидела на ступеньке в вечернем платье.
– Что ей было нужно?
– Она спрашивала, здесь ли живет Ира. Здесь живет какая-нибудь Ира?
– Может быть, жила раньше. Десять минут уже прошли. К счастью, этот дух иногда говорит неправду. Мы прожили на целую минуту дольше.
– Я пойду взгляну, – сказал Кир, – кажется, я забыл запереть дверь. Да, я забыл ее запереть.
А вот и лифт. Лифт здесь интересен. Он ездит бесшумно, а открывается с грохотом. Кнопочки сделаны на двадцать четыре этажа, хотя этажей всего семь.
Он нажал шестую кнопку и лифт бесшумно тронулся. Пистолет он держал под пиджаком, у подмышки. Недолго тебе осталось, узкоглазый.
Двери с грохотом открылись. Он подошел и нажал кнопку звонка. Послышались шаги. Дверь открыла симпатичная девушка.
За ее спиной стояла еще одна, недокрашенная. Готовятся куда-то, подумал Валерий. Очень странно. Но квартира не такая.
– Здесь должны быть деревянные панели, – сказал он.
Девушки переглянулись и стали ожидать продолжения. Видимо, они оценили новый способ приставания.
– Мне нужна Тамара, – сказал он.
– Я – Юля, а она – Оксана, сказала передняя девушка.
Заходите, не стесняйтесь. Тамар здесь отродясь не было.
Он снова зашел в лифт и спустился вниз. Здесь что-то не так. Так не может быть. Это тот же дом, тот же этаж, та же квартира. И он своими глазами видел входящих Тамару и японца.
Постояв немного, он снова нажал кнопку. Лифт пошел вверх и остановился. Дверь открылась с грохотом.
Позвонил.
Послышались шаги. Открыл пожилой мужчина с девочкой на руках. Это снова была не та квартира. Это была даже не вторая квартира.
– Здесь живет Тамара? – спросил он, чувствуя, как стекают капли пота из подмышек. Конечно, ее здесь нет.
– Тамара! – позвал старик. Девочка начала кривляться и кокетничать, ерзая на руках.
Появилась толстая старуха с красным лицом. Запахло чесноком и рассольником. На дверь выбежал беспокойный рыжий таракан и пошевели усиками.
– Больше Тамары здесь нет?
– Я одна.
– А Юля и Оксана здесь не живут?
– Слушайте, молодой человек, – сказал старик, – идите и решайте свои личные проблемы в другом месте!
Валерий толчком ноги захлопнул дверь. Жаль, что старый хрыч стоял далеко – остался бы без носа.
Он позвонил снова; дверь не открыли.
– Я вызываю милицию! – послышался женский голос.
Валерий стал спускаться по ступенькам. Этажом ниже он увидел странную женщину, сидящую на ступеньке и курящую.
Ее платье было красивым и дорогим.
Он вышел из заколдованного дома и пошел к морю. Дождь перестал, хотя молнии еще летали между облаков – дальние и неяркие. Та песня начиналась со слова «счастье», – мой поезд подходит к станции «Счастье» и кто-то включил зеленый свет… А заканчивалась словом «Причал». Если идти прямо вот по этой улице, то обязательно придешь к причалу. Валерий выбросил пистолет.
Улица называлась Красно-зеленая. Наверное, раньше она была просто зеленой, но появились красные и подкрасили ее в свой цвет. Неплохая улица, действительно зеленая. Особенно зеленая после дождя. Горят фонари, их сегодня забыли выключить.
Свет фонарей не уходит далеко, остановленный кружевными зелеными шарами. После дождя стало теплее и город притих.
Гуляют парочки, еще не кончен бархатный сезон. Тучи уходят быстро, уже очистилось полнеба.
– Дай закурить.
Неплохая женщина. Что она делает здесь одна?
– Не дам.
– Тогда дай что-нибудь.
Понятно. Почему бы и нет?
– Пошли погуляем? – спросил он.
– Пошли.
Они шли и шаги топали сзади. Сегодня шаги были особенно реальны. Валерий мог сосчитать даже, что идут трое; трое мужчин. У всех троих тяжелая походка. Хочется оглянуться и посмотреть. Нет, не дождетесь.
– За нами кто-то идет? – спросил он.
Женщина обернулась и прищурилась от света фонаря.
– Нет. Тебе показалось.
Когда она щурилась, ее лицо казалось старым – тонкая кожа собиралсь в морщинки на лбу. А ей идет короткая стрижка и яркие губы тоже идут.
