Артём заплакал, не понимая, в чём дело. Он продолжал тянуться правой ручкой к бананам, которые ему не достались, а я со слезами на глазах пыталась успокоить малыша.
– Тёмушка, милый, я куплю тебе бананы. Обязательно куплю, но не сейчас, а потом, когда у мамы будет денежки. Не плачь, пожалуйста, солнышко моё!
Но Артём продолжал плакать. Алёна же шла рядом, насупившись, и тоже не понимала причины странного поведения мамы.
А я, не разбирая дороги, бежала домой, чтобы проверить сумку, с которой ездила в деревню. Вдруг я переложила деньги в какой-нибудь из внутренних карманов и потом забыла об этом? Не мог же Андрей, в самом деле, оказаться настолько бессовестным!
Вернувшись домой, я попросила Алёну последить за Артёмом, а сама занялась поисками пропавших денег. Я перетрясла всю сумку, проверила все карманы одежды, посмотрела на полу, на тумбочке и под тумбочкой, в коридоре и в комнате. Денег нигде не было. Тогда я набрала номер мобильного телефона мужа и без предисловий поинтересовалась у него.
– Скажи мне на милость, ты брал деньги из моего кошелька?
В телефонной трубке воцарилась пауза, после которой муж нехотя произнёс:
– Брал.
Если бы Андрей был сейчас рядом, я, наверное, убила бы его.
– У тебя совесть есть? Это были последние деньги на хлеб и на дорогу в поликлинику. Ты же прекрасно знал, что мне сегодня нужно ехать к врачу, и эти двести рублей я сберегла в деревне именно для этой цели.
– Но у меня кончились деньги! – капризно проскулил муж. – А я – мужик! Я не могу ходить на работу без денег! Мало ли, что мне может понадобиться!
– Да, ты – мужик! И забирать последние деньги у жены и детей, чтобы они не могли даже хлеба себе купить, это, конечно же, по-мужски! – бросила в ответ я и отключила телефон.
И когда он только успел влезть в мой кошелёк? Наверное, ночью, когда мы спали. Надо было лучше прятать! Но я и помыслить не могла, что после того как Андрей оставил себе всю зарплату, он будет ещё покушаться и на наши крохи!
И визит к врачу пришлось тоже отменить, также как и крестины, которые я решила перенести на неделю. Через несколько дней у мужа должна быть зарплата, и мне было необходимо сразу же забрать её у него. По крайней мере, в том объёме, в котором он донесёт её до дома.
Я была взбешена. Словно разъярённый лев я ходила по комнате из угла в угол, разговаривая вслух сама с собой.
– Как можно было проесть всю зарплату? Ведь он же был здесь один! Да, пару раз к нему приезжали друзья, но на дворе август! Продукты дешёвые! Овощи-фрукты стоят копейки! А одному много ли надо? Осетриной он, что ли, каждый день питался? Или чёрной икрой?
И тут в моей голове что-то щёлкнуло. Смутные догадки стали закрадываться в мой мозг. Если Андрей так много ел, то, однозначно, он и пил. И я опрометью метнулась к шкафу, в котором должно было стоять десять бутылок водки.
Да, мои худшие опасения подтвердились. Водки тоже не было. Значит, он проел и пропил не только всю зарплату, но и весь запас алкоголя, который мы заготовили для угощения друзей и родственников после крестин сына. Что же теперь делать? Если покупать всё по новой, мы же выбьемся из всех лимитов. На что же мы будем жить целый месяц?
Кровь заклокотала у меня в висках, и я снова пожалела о том, что столько раз спасала этого человека от смерти, когда он, пьяный, не соображая, выбегал на улицу в мороз в одной рубашке или выскакивал на проезжую часть перед потоком машин, хотя, возможно, лучше было бы позволить ему умереть, ведь каждый лишний день его жизни на этом свете причинял мне и детям столько страданий, что он никогда бы не расплатился с нами за эту боль.
Руки у меня опустились, и я стала снова сомневаться в том, что справлюсь со своей ношей. И я пошла на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Но внезапно вспомнила про ягоды, которые мы вчера привезли из деревни. Ведь можно было сварить из них компот! Всё-таки это – витамины! И других я пока не могла позволить ни себе, ни детям.
Я подошла к холодильнику и открыла морозилку, чтобы достать ягоды, и новое потрясение снова заставило меня схватиться за сердце. Ведёрка со смородиной там не было.
Столько неприятностей за один день! И когда же он только закончится?
Я просто не знала, что думать. Мы с Андреем были женаты четырнадцать лет, но он до сих пор продолжал разочаровывать меня. Порой казалось, что это уже невозможно. Но нет, каждый новый день, каждая новая минута раскрывали этого человека с ещё более худшей стороны.
И хотя я знала, что ни я, ни Алёна не являемся авторитетами для Андрея, и он без малейших угрызений совести продаст нас любому, кто будет готов заплатить две копейки, я всё же надеялась, что к сыну он будет относиться иначе. Ведь Артём – продолжатель его рода, носитель фамилии. Все мужчины хотят иметь сыновей, и те отцы, у которых они есть, гордятся наличием наследников и стараются сделать для них всё, что только в их силах.
