Я ошарашено смотрела на Наташку, точнее, теперь уже на Талу Шат Мау из рода Огненных Диких и думала: если она – кошка здешних кровей, то кто тогда я? Способностей-то нет, не дай Бог в какие-нибудь рабыни припашут.
В полной растерянности мы сидели, вцепившись в кружки, и не знали, что сказать. В моей голове прищемленным хвостиком билась какая-то мысль. И тут до меня дошло.
– Я что, удочеренная? – вскрикнула я испуганно. – Мои родители не в разводе… Или… отец тоже иллюзия? – волосы от этой мысли на моей голове и даже на руках поднялись дыбом. Причем натурально!
– Нет. Ты перенесенная, – успокаивающе улыбнулась Агафья. – И родители твои скорей всего отсюда родом, твои кровные родственники. Или же Хранителями крови к тебе назначены. Но вот каких ты кровей, я не вижу, – с сожалением покачала головой. – Защита на тебе стоит мощная. Да и сквозь твои щиты и барьеры не пробиться. Но, размышляя здраво, кровь у тебя не простая.
Щиты? Барьеры? Я всю жизнь думала, что просто защищаюсь от мира, выпуская колючки, чтоб в душу, кто ни попадя не лез, больно не делал. А тут оказывается защита чья-то, да и свои стены какие-то не прошибаемые. Господи! Еще и родители не родители!
Я тряхнула головой: бред! Мои родители – это мои родители. И даже если они не биологические, то роднее их у меня никого нет и не будет!
Руки мои вцепились в волосы, подергали прядки (попробуйте, помогает иногда мысли в порядок привести). Но в этот раз не сработало.
– Рабов тут у вас, надеюсь, нет? Иномирянам, надеюсь, рабство не грозит? – уточнила у хозяйки.
– Рабов отродясь не водилось. Не бойся. Да и сила у вас обеих есть. Вот только твою определить трудно. Или защита мешает, или ты сама силе проснуться не даешь.
– Это как? – вскинулась я.
– Как, как, – ответила за Агафью Наташка, – а держишь все в себе, боишься на свободу выпустить. Вот и получаешь, что получается.
– Ага… А ничего и не получается, – пробурчала я, клацая зубами о кружку с чаем.
Так мы просидели минут пятнадцать, молча попивая чай. Я задумчиво кусала третий по счету пирожок с капустой. Наташка выпустила на волю Финика, и он малым птенцом сидел возле ее руки, подставляя голову под ласку.
– Все это хорошо и, наверное, даже замечательно, – первой выпала я из задумчивости. – Делать-то нам что? Вернуться мы сможем?
– С возвращением будут проблемы. В наш мир вас не просто так вернуло. А вот что хочет божественная Ирида, это вам самим предстоит узнать, – вздохнула Агафья. – Пока свой Путь змеи не пройдете, обратно дорогу не найдете.
– При чем тут змеи… – проворчала Наташка, а я поддержала ее, раздраженно дернув головой в ответ на реплику хозяйки избушки. А голова моя (да и Наткина, думаю, тоже) пухла от полученной информации.
– Вот что, девоньки, постелю-ка я вам в дальней комнате, отдохните, подумайте. А утром на все другие вопросы отвечать буду. А то весь день мы с вами за столом проваландались, а у меня дел невпроворот.
С этими словами Агафья поднялась из-за стола. И тут я запоздало сообразила: мы так и не узнали, кто вообще эта женщина. И что она делает одна в лесу, вдали от цивилизации (интересно, здесь города имеются?!).
– А, простите, пожалуйста, вы ведьма? – застенчиво улыбнувшись, опередила меня с вопросом подруга.
Агафья звонко рассмеялась.
– Да что вы, девоньки, Хранительница я. Хранительница Радужного Пути.
