— Они проследят за тем, чтобы вас нормально устроили в экспериментальном корпусе и не забывали о том, что вы живой человек! Всё же там больше учёные, а не врачи! Потом Нико будет вас навещать и передавать мне всё, что с вами происходит.
— Хорошо, я понял и не дам удрать парню сразу же обратно. Вы правы, ему нечего делать на станции.
— После завершения процесса восстановления вам потребуется реабилитационный период, но коллегию это уже не интересует. Уж такие они эгоисты! — Шайя развела руками и задорно улыбнулась. — Зато руководство испытательного центра ждёт вас с нетерпением и готово сразу взять вас на работу и восстановить в военном ведомстве.
Шайя с удовольствием увидела, как вспыхнули радостью глаза мужчины.
— Я их предупредила, что прежде, чем вы приступите к обучению и работе, вы подадите заявку на реабилитационный курс и пройдёте его. Возможно, вас станут уговаривать не терять время, но не рискуйте и завершите своё восстановление, да и согласитесь, что ведомство вам немало задолжало!
Игараси неуверенно кивнул. Было видно, что он рвётся почувствовать себя здоровым и полноценным, а для него это синоним продолжать работать. Шайя сделала себе пометку проконтролировать реабилитационный период.
— А потом уже спокойно учитесь, работайте и помните, как действуют программы, — как ни в чём не бывало, продолжала она. — Кстати, придя в испытательный центр, проверьте предложенный вам контракт. Я сейчас скидываю вам свою переписку с ними, и в ней они обещают во время вашего обучения платить вам стипендию в тридцать процентов от зарплаты, но, конечно, при условии, что вы остаётесь работать у них.
Мужчина облизал пересохшие губы и кивнул, а Шайя налила ему воды.
— Будьте внимательны, вы теперь самостоятельный человек и над вами нет ни легата, ни трибуна, так что учитесь разбираться в том, что подписываете. Да и потом, ваша новая работа подразумевает б
Девушка окинула своего подопечного оценивающим взглядом.
— Отпускаю вас. Всё, что я вам скинула, внимательно прочитать и действовать согласно моим инструкциям, — велела она напоследок, понимая, что сейчас у мужчины голова идёт кругом и ему легче воспринимать чёткие указания.
Он посмотрел на неё, желая так много сказать, но слова застревали в пересохшем горле.
— Удачи! — мягко пожелала Шайя. — Я на связи, и вы не один, помните об этом.
Шайя закрыла ладонью глаза, давая кратковременный отдых глазам. Уже давно надо было остановиться, но она вновь и вновь вводила ключевые слова, стараясь выудить как можно больше полезной информации.
Она искала неучтённые возможности, придумывала хитрые обходные пути и вновь искала возможности их реализации.
Старые подарочные билеты на Алайю оказались очень кстати, но их всего двенадцать, и транспортная компания попросила не использовать их в один день. Шайя поломалась, но пошла навстречу, и теперь у неё перед носом лежал список тех рейсов, на которые могут принять неожиданных пассажиров.
Это было ей на руку! Она ещё не разговаривала с прокуратором станции и не знала, как он отреагирует на просьбу о поручительстве, а без него все те, кто прибудет на Алайю по подарочным билетам и не вернутся вовремя на станцию, окажутся нелегалами.
Трибун Литон в любом случае выбьет поручительство для завтрашних двоих отставников, а что с остальными делать — пока неизвестно.
— Так, двенадцать минус четыре это у нас восемь, — пробормотала Шайя. — В наличие восемь билетов! А надо ещё несколько десятков…
Девушка просматривала варианты с вычетами. Те из отставников, кто смог бы сейчас оплатить свой полет на планету, впоследствии могут рассчитывать на возвращение денег из ведомства, если у неё всё получится.
Захотят ли люди рисковать своими накоплениями? Наверняка начнутся возмущения, что кого-то отправляют бесплатно, а с других просят деньги!
Шайя долго сидела, рассылая письма и запросы, уточняя некоторые моменты и прося консультации. Вечером она немного пообщалась с дядей, рассказывая ему обо всём. Профессор внимательно её слушал.
— Цветочек, ты у меня большая умничка, и я очень горжусь тобой! — похвалил он её, но девушка не спешила радоваться. По лицу дядюшки было видно, что дальше последуют замечания. Так и получилось.
— Только если ты продолжишь работать так, как рассказала мне, то никогда не составишь конкуренцию тестовой профпрограмме. Это хорошо, что ты никого не бросаешь, и как штурман прокладываешь своим подопечным путь. Но, малышка, ты утопаешь в мелочах, а я тебя учил подходить к проблемам по-другому.
