И кто бы сказал заранее, что чем больше всякого разного узнаешь, тем, оказывается, ещё больше интересного и непознанного видишь вокруг себя! А ещё девочка пыталась найти то, что увлекло бы её на всю жизнь, но пока она чувствовала потребность только знакомиться как можно шире с материалом из разных областей.
Увлечённая разными экспериментами и хлопотами, Шайя даже не узнала, что за границей заповедника вокруг её персоны разгорались один скандал за другим, и некоторые общества потребовали «изъять ребёнка из поселения, в котором никто о ней не заботится».
Ей некогда было смотреть новости, и она не разрешала себе тратить время, бесцельно лазая по сети.
А тем временем, чем больше популярности набирали её фильмы, тем больше обществ выражали своё возмущение по поводу самостоятельного существования самой героини и её действий.
По их мнению, нельзя было открыто демонстрировать вопиюще негуманные эпизоды, когда ребёнок держал в руках мёртвые туши птицы или кролика, кидал живых раков в кипящее масло или воду; а чего стоили кадры, когда малышка одним движением тесака рубила голову рыбе!
Непедагогично было показывать, как девочка разжигает огонь, кладёт в рот разные ягодки прямо с веточек, минуя отдел сертификации, или ловит опасных раков, стоя по колено в нефильтрованной воде.
К чему призывают эти фильмы самых беззащитных и уязвимых членов общества?
Чтобы защитить свободу Шайи и обуздать моралистов, профессору пришлось обратиться за помощью к некоторым своим студентам и заодно направить их внимание на то, что в последние годы творится возле заповедника.
Ниярди уже не один год бился за то, чтобы заповедные земли вместе с Алани оставили в покое, вспомнив о дарованном им уникальном статусе, но только сейчас, благодаря известности Шайи и нападкам на неё, ему удалось получить защиту на самом высоком уровне.
Быть может, это временная мера, но дельцы попритихли, как и подкармливаемые ими общества, которые смогли громко заявить о себе во всеуслышание, критикуя короткие фильмы малышки и горланя об увиденных непотребствах. Ниярди сильно переживал обострение ситуации, но старался думать о том, что все эти скандалы лишь добавили популярности фильмам о жизни Шайи, и малышка на радостях фонтанирует самыми необычными идеями!
— Тиба? — окрикнул знакомого Кацу Харадо. — Я думал, тебя отчислили!
— Нет, удалял из своей головы кое-что, — лениво ответил стройный парень, небрежно прислонившись спиной к стене.
— Долго же тебе удаляли это «кое-что», — хмыкнул Кацу, останавливаясь рядом и соблюдая дистанцию вежливости.
— Адаптация и всё такое, — пожал плечами Ютака Тиба, чуть расслабившись.
— Слушай, Тиба, ты же из финансистов? Зачем вообще что-то было вживлять?
— Нам необходима хорошая память. На свою я не надеялся, а заодно поставил себе мгновенный счёт любых чисел.
— Ну и как теперь без всего этого?
Кацу действительно было интересно, каково это сначала чувствовать себя властелином информации и цифр, а потом стать обычным человеком.
— Паршиво, но если другие могут, то и я смогу, — с каким-то упрямством ответил молодой Тиба.
— Ну, я бы не сказал, что быстро считаю! — хохотнул Кацу, искренне радуясь возможности пообщаться, тем более на такую щекотливую тему.
— А тебе было что считать? — усмехнулся в ответ Тиба. — Взять, к примеру, Шайю… ну, ту девчонку, что…
— Знаю, и что? — Харада вопросительно выгнул бровь.
— Ты заметил, как она всё быстро просчитывает, когда что-либо мастерит? А как у неё развито образное и логическое мышление?
— Она единственная такая.
— Ну, не скажи. Меня отец отправил пожить в бедные районы, так там немало тех, кто быстро просчитывает действия наперёд, да и считает при покупках практически мгновенно.
— Хм, не думал об этом.
— Правда, гораздо больше тех, кто полностью доверил все расчёты гаджетам, и тупят, если происходит какой-либо сбой. С виду люди как люди, а как что-то случается — словно дети малые! Но сам факт, что при соответствующем обучении границы наших возможностей раздвигаются, несомненен.
Кацу кивнул, приметив, что Тиба уже несколько раз привычным жестом поднял руку к голове, пытаясь включить ручную активацию головных имплантов, которых теперь у него нет.
— Я рад, что хоть кто-то возвращается, а то профессора озверели и не дают спуску никому, — произнёс он.
— Ты ведь Кацу Харадо? — Тиба оторвался от стены и медленно зашагал вперёд, предлагая присоединиться.
— Он самый.
— О, будущая разведка! — чуть наиграно хохотнул финансист. — Тебе не повезло, за тебя ещё не брались по-настоящему!
— Откуда ты это знаешь, Ютака Тиба? — прищурился Кацу, и Ютака на всякий случай увеличил дистанцию.
— Финансисты всё обо всех знают, потому что все операции спонсируются нами. И кстати, ты же должен понимать, что здесь простых людей нет. Уверен, что все находящиеся тут догадываются, куда тебя определят. Ты у нас единственный военный, а сейчас в армии идёт такая чистка, что закачаешься! Больше всех пострадала внешняя разведка в связи с последними событиями.
