Шайя долго не могла понять, что это за фрукт, так как Цер называл его местным словом, которого не было в сети. Потом пришло время созревания, и когда приятель разрезал его, она увидела, что за плотной шкуркой прячутся полупрозрачные дольки, как у чеснока. Это оказался мангостан.
Фрукт был необычайно вкусным и сразу вошёл в число любимых!
Собрав наиболее потемневшие плоды, девочка добежала до мангового дерева, на котором тоже уже можно было выбрать парочку спелых плодов, и вспомнила, что в углу сада у неё растёт немного одичавшая восковая ягода.
В прошлом году сквозь заросли до неё добрались только осенью, и Шайя пропустила время созревания, а сейчас она оценила вкус и каждый день собирала её понемногу, ставя на стол.
Ягода по виду была чем-то похожа на шершавую клубнику, и по вкусу сочетала в себе клубнику с черешней, взяв от последней косточку внутри. Шайя поковыряла пальцем толстоватую шкурку, которую она привыкла сплёвывать, но Цер уверял, что кожица ямбери (восковая ягода) съедобна.
Набрав всё необходимое в корзину, девочка поставила её в садовую тачку и отправилась в погреб за подготовленной накануне уткой для супа. Раз суп сегодня отменялся, Шайя на скорую руку обрезала мясо с костей и, присыпав солью с перцем, уложила кусочки в контейнер, а кости завернула в мокрую тряпку и вернула в погреб. Завтра она из них сварит бульон и заправит перед подачей порезанными в виде лапши парой блинчиков.
На кухне она собрала специи и добавив их к продуктовой корзине, откатила тачку ко входу в сад. Ей осталось только переодеться и оставить Церу записку о том, где лежит десерт, за которым он в нужное время должен будет прибежать с озера.
Собрав волосы в высокий пучок и заколов короткие прядки по бокам заколками, чтобы они не выбивались и не щекотали, Шайя принарядилась в новенькие бриджи и в красивую девчачью блузку с крылышками. Сверху повесила детские бусы из ракушек и закрепила на ремне свой тесак. Смотрелось всё это немного странно, но здоровенный нож ей был необходим.
Здесь все так ходили, поскольку занимались собирательством, и часто нужно было что-то срубить, подлезть лезвием в тонкую щель, взрыхлить землю под корнем, а то и защититься от дикого зверька, что мог напасть, если зайти в неурочный час на его территорию.
Ну а бусы… это подарок Ниярди, тактично напоминающему ей о том, чтобы она не забывала о женственности. Шайя не забывала, просто дел всегда было много, и движения сами собой становились быстрыми и чёткими.
Утро ещё только начиналось, и на озере царила особая атмосфера. Дарующая свет и энергию звезда ещё не набрала силы и не прогнала своим жаром нежную свежесть после ночной прохлады и хрупкую тишину. Уже через пару часов совсем по-иному зазвучит озёрная жизнь, ярче заиграют природные краски, а сейчас даже утки вели себя спокойно, не допуская сварливого кряканья в эти часы.
Шайя оценивающе оглядела обстановку и, закусив губу, отослала Цера за пилой, гвоздями и молотком. Пока она собиралась, то даже не заметила, как много барахла приготовила для пикника. Теперь же стало ясно, что к встрече гостей она подошла с размахом, и маленького столика для готовки ей не хватит, а делать всё, сидя на корточках, не привыкла.
— Шайя! — услышала она со стороны дороги.
Оглянувшись, девочка увидела идущего по дорожке профессора с гостями. Трое высоких ребят, которым было немного за двадцать, шедшие рядом с Ниярди, вызвали у неё улыбку. На первый взгляд они ей показались худенькими, но осанка и выверенные движения подсказали, что это не набор костей, а тренированные тела спортсменов или военных.
Профессор ещё в оставленном сообщении предупредил Шайю, чтобы она не задавала лишних вопросов по поводу деятельности гостей. Отпрыски влиятельных семей — вот всё, что ей следовало знать.
Но эти отпрыски не могли скрыть отличную физическую подготовку, цепкий и умный взгляд, а ещё никто не отменял отпечаток интеллекта на лице. Но улыбку вызвали не эти достоинства, а некоторая потерянность и напряжённость, особенно когда Ниярди сошёл с более-менее протоптанной селянами дорожки на едва заметную тропинку. Один из молодых гостей даже боялся ступить на неё.
Профессор уверенным шагом спешил к своей подопечной, а тройка молодых мужчин замерла, пропуская пролетающего мимо гудящего шмеля. Они проводили его настороженным взглядом и, вытолкнув вперёд одного, далее пошли след в след.
Шайя прыснула и, прикрыв рот ладошкой, тихо спросила у обнимающего её профессора:
— Чего это они?
Ниярди оглянулся и лукаво улыбнувшись, шепнул в ответ:
— Они ни разу не были среди живой природы. Даже их родовые земли с домом и садом защищены от насекомых и прикрыты от каверз непогоды.
— О-о-о! — протянула девочка, расплываясь в озорной улыбке.
Но как только гости посмотрели на неё, она выпрямилась и, сложив руки в приветственном жесте, слегка поклонилась. Три пары глаз смотрели на неё с большим интересом.
