В 2050 г. люди добровольно оцифровывают свои чувства и эмоции. Тринадцатилетнюю Лилу поглотили технологии, а виртуальная жизнь заменила реальность. Но несколько дней в катакомбах – подземном городе шайнов – перевернули все с ног на голову. Магия, которой так сопротивлялась Лила, помогает ей стать собой.
Киты плакали каждую ночь, но Зовущий не слышал их печальную песню. Он страдал от душевной глухоты, отчаянно рыдал и молил о смерти. Не оправдал ожидания соплеменников, не исполнил обещание. Знал, что его осуждают, и от этого чувствовал себя изгоем и уродливым монстром.
Только Зовущий не догадывался, что перемены уже у порога, что прямо сейчас два старика склонились над древней книгой с обугленными краями. Они стояли возле выщербленного временем и тяжелыми ураганами обломка каменной колонны в круге света, образованного лампой, дальше княжила тьма. Ни дуновения ветра, ни стрекота сверчков, ни тревожного взмаха крыльев ночной птицы. Казалось, весь мир замер в предвкушении чего-то важного и удивительного.
– Янис не Зовущий. Хватит обманывать себя, – трубным голосом произнес пожилой мужчина в синем одеянии. Его тонкая косичка змеилась по спине.
Второй старик в оранжевом балахоне с дряблыми щеками тряс головой, нервно перелистывая страницы. Он суетился, переступал с ноги на ногу и походил на дряхлого воробья.
– Не может быть, Донум, – прочирикал он, обнажив мелкие зубки в раздосадованной улыбке. – Янис из семьи Хранителей карты. Без Зовущего нам не выжить.
Донум вытянул руки перед собой ладонями вверх. Мерцающее красноватое свечение просочилось сквозь изрытую морщинами кожу и сформировалось в ленивый полупрозрачный шар.
– Фаулиус, посмотри на мой еле живой радиум. Мы потеряли силу, которую когда-то нашим предкам подарил Шайна. А теперь должны признать, что и Зовущего среди нас нет.
Фаулиус заглянул собеседнику в глаза:
– Ты знаешь, как вернуть силу шайнам. Пора действовать. Если мы не сможем радить, то вскоре вымрем.
Донум скривил губы и бережно взял книгу с колонны. Он достал из-за пазухи короткий нож и в затвердевшей тьме сделал разрез, из которого полился лунный свет, ворвались запахи и звуки ночи. Старик с остервенением изорвал необычную ткань, выскользнул наружу и пошел в неизвестном направлении. Минуту спустя он остановился, и из мрака прозвучал его строгий и холодный голос:
– Предлагаешь перейти на сторону темноведов? Это твой совет? Я верю написанному в книге Шайнов. Зовущий придет.
2050 г.
Лила лежала на полу своей комнаты и представляла, как было бы здорово, если бы она не родилась. Мир с легкостью пережил бы эту потерю, да и ей не пришлось бы ежедневно переносить кошмар под названием «подростковая жизнь». Размышления прервала виртуальная домашняя помощница, которая замаячила на настенном экране размером два на два метра и заявила:
– Лила ИК-87, напоминаю: 17.00, курсы по китайскому языку.
– Курсы по китайскому языку, – упавшим голосом, словно про себя, повторила Лила. – Отправь моего цифрового аватара, мне не хочется сегодня идти. Сообщи няне про другой маршрут – поеду к Мие в гости. Только папе не говори, Хлоя.
Хлоя сдула несуществующие пылинки со своего брючного костюма и вежливо произнесла:
– Аватар «Бетельгейзе» с минуты на минуту закончит обновление. Ночью она самовольно проникла в запрещенную социальную сеть «Маячки» и оставила там твои фотографии.
Лила подскочила и в ужасе уставилась на экран:
– Папа меня прикончит! Хлоя, надеюсь, ты разобралась с этой… девчонкой? Уф-ф, спасибо. Бетельгейзе пусть сделает конспект, а потом уничтожь ее. Мне нужен послушный аватар, а не эта… Покажи ее.
Жалость кольнула тоненькой иголочкой, когда Лила увидела улыбающуюся Бетельгейзе. Понадобилось много времени, чтобы продумать каждую деталь внешности и характера виртуального двойника, но что-то пошло не так. Аватар вышел из-под контроля и начал чудить.
Бетельгейзе нетерпеливо топталась на месте. Черный комбинезон с салатовыми вставками на локтях и коленях плотно облегал подтянутую фигуру. Длинные блестящие волосы струились по спине и касались босых стоп, обвитых тонкими металлическими нитями. На лице – изящная серая маска с фиолетовым отливом. К скулам убегали изогнутые зубцы, что-то вроде мандибулов жука-оленя. На самом деле, Лила не такая спортивная и длинноволосая, как Бетельгейзе, но зато у обеих между передними зубами есть щербинка.
– Отправляйся на китайский. Хлоя предупредит учителя, и он включит экран в кабинете. Подготовь мне конспект и сохрани его в электронном блокноте. И не цепляйся к студентам, как на прошлой неделе.
– Будет сделано, – ответила Бетельгейзе и, хлопнув в ладоши, исчезла.
Лила в отвратительном настроении поплелась на встречу с подружками.
***
Пушистый рыжий кот вальяжно вошел в просторную гостиную, скользнул медно-коричневыми глазами по стенам, зевнул и оцепенел. Дэйю, китаянка с густыми бровями, ахнула, глядя на статую с открытой пастью:
