— Хату пойдёт с тобой и покажет дорогу, он лучший проводник и Азамат. Хату плохо знает русский. Азамат говорил, что ты лучший воин каких он только видел и хочет поступить на службу в твою сотню. Сегодня я убедился, что он прав. Ты возьмёшь его в следующий год?
— Конечно возьму, он достойный сын своего отца,— подбросил я комплемент обоим сразу, им очень понравилось, особенно Азамату, который развернул грудь и даже стал немного выше. Договорились, что послезавтра Азамат и Хату будут ждать меня здесь. По дороге домой я планировал рейд. Моя надежда, что набег будет в конце следующей весны или начала лета не оправдался, придётся действовать сейчас. Подъехал Аслан.
— Камандир, зачем проводник я сам дорогу знаю, проведу к перевал, нэ кто нэ узнает.
— Я знаю Аслан, вот и будешь смотреть за проводником. Посмотрим, кого ходжа Али нам дал.
— Нет, плохой он не даст, Азамат с нами,— с сомнением сказал Аслан.
По прибытию на базу собрал весь командный состав.
— Значит так, голуби сизокрылые, послезавтра, в шесть утра, тихо выходим в рейд.
Командиры весело заёрзали на местах.
— Отставить хи — ха, идут первый десяток, Рома со своими пятью стрелками, моя банда, Аслан и Саня.
— А, я? — недовольно проворчал Трофим
— А, ты, старший урядник, вместе с хорунжим, остаётесь на базе и руководите учёбой новобранцев, это приказ. Дальше, Анисим выдай всем тёплое бельё и свитера, будет холодно, сухпай на десять дней. Послать к Сомову и полковому начальству посыльных с моей запиской, — быстро начеркал на листках,
— Началось, действую согласно плану. Саня отправляй. Боекомплект обычный, каждому взять по одной гранате. Савва подбери троих бойцов покрепче, им по одной бомбе. Собираемся тихо без лишней суеты и шума, всё, все свободны.
— В рейд пойдёте, командир? — спросил хорунжий.
— Он самый, Андрей Владимирович, не грустите, ещё находитесь. Взять вас, пока не могу, сами понимаете, не готовы. — Улыбнулся я ему уверенный и спокойный, хотя внутри себя сомневался в положительном исходе моей авантюры. Ладно, сомнения в сторону, чего телиться, дело надо делать.
Мы шли третьи сутки. В конце каждого дня, на привале, я смотрел на Аслана, и он кивал головой. Пока все нормально. Тяжко, конечно, с пятнадцатью кг. за спиной, но отстающих и жалоб нет. Лес был уже не такой густой, как раньше, стали попадаться каменистые прогалины.
— Вон, там брошенный аул, давно никто не живет. — сказал Азамат, указывая на полуразвалившиеся стены строений.
— Привал в ауле, завтра днюем и отдыхаем. —
Отряд бодро заспешил, почуяв отдых. Расположились в трех домах, более целых. Погода на удивление была хорошей, только ночами холодно, чувствовалась близость гор. Выставили посты и готовили ужин, каждый сам, в том числе и я. С самого начала обнаружилось, что у Азамата с напарником только черствые лепешки и вяленое мясо, пришлось делиться с ним дробленкой и заваркой, Аслан взял с запасом.
— Там свинья есть? —первым делом озаботился Азамат.
— Если есть, не будешь кушать?.. — усмехнулся я.
— Харам — вздохнул он, глядя, как мои бойцы крошат сало в кашу.
— В Куране сказано, если ты воин в походе или путник в дороге и тебе грозит голодная смерть, то можно есть свинину.— с невозмутимым видом сказал я. Хату внимательно слушал наш разговор.
— Ты правду говоришь, Петр? — засомневался Азамат. — и мне не грозит голодная смерть. —
— Ты воин в походе и тебе нужны силы —
— Ты прав, Петр, Аслан дай мне тоже сала, положу в кашу. —
Мы плотно поели и готовились ко сну, почти все бойцы завернулись в бурки и уже спали.
— А откуда ты так много знаешь о нашей вере? — спросил Азамат, укладываясь рядом.
— От верблюда — совсем не хотелось разговаривать.
— Как от верблюда? —
— Шутка, давай спи. — отвернулся и отключился.
Утром после завтрака спросил у Хату, как далеко до дороги с перевала. Азамат озвучил его.
— С другой стороны аула есть тропа, по ней можно пройти пешком, совсем рядом. Решил идти на разведку. Я, Азамат с проводником во главе, трое из моей банды, Аслан с Саней.
Совсем рядом, оказалось четыре часа в гору, хорошо хоть подъем был постепенный. Наконец, добрались. Мы находились выше дороги метров на двадцать пять. Сама дорога, восемь метров шириной, спускалась с горы в небольшое ущелье, которое по мере спуска расширялось и далее, через три километра, продолжалось в небольшую долину. По правую сторону от дороги, если спускаться, текла не широкая, но очень быстрая и бурная речка, петляя и перескакивая через камни разных размеров. Перейти можно, но не везде и только пешком, с конем не получиться. Я достал свою подзорную трубу и стал внимательно осматривать нашу сторону, ища места закладки для фугасов.
— Петр, дай посмотреть — попросил Азамат. Он просто пищал от восторга, когда смотрел в подзорную трубу.
— Смотри Азамат, сломаешь, не расплатишься —
— Я буду беречь. — сказал Азамат, осторожно принимая трубу.
