— Ух, оболтус, вечно на задницу приключения находишь. Кто казакам рассказал про бой в долине? ' Командир своей шпахой дюжину горцев зарубил', передразнил я его. — Чего народу заливаешь, скоро «даусом» меня обзывать будут.
— Так чистая правда то, я же апосля лично считал, во те крест, командир, дюжина точно, даже не сомневайся. Я жеть рядом был и всё видел. Вот всегда, так, командир, наругаешь ни за что, а я, по правде, говорю.- надулся Саня.
— Ладно, правдолюб хренов, проехали.
Ко мне подошел не высокий гусар, корнет.
— Разрешите представиться, господин есаул. Корнет, Лермонтов Михаил Юрьевич.
— Что тот самый? — удивился я.
— Что значит, тот самый? — вскинулся Лермонтов.
— Я имел в виду, автор стихотворения’Бородино'. Бог ты мой, не верю своим глазам. — выкрутился я из неудобного положения.
Лермонтов смутился.
— Неужели мне так повезло, господин корнет? «Скажи-ка дядя, ведь не даром, Москва спалённая пожаром.»
Процитировал я.
— Просто великое стихотворение, которое поставило вас ряд с выдающимися поэтами современности. Не надо смущаться и краснеть. Я действительно восхищён вашим стихотворением — пел я дифирамбы ему. Кажется, через год его убьют. Видно судьба у него такая, да и характер по воспоминаниям современников, ещё тот злыдень был.
— Ну, что вы, это я очарован вашими песнями, господин есаул. Они так народны и мелодичны, особенно песня про Коня. Не сомневаюсь, что их будут петь и помнить о вас.
— Ладно, достаточно восхвалять друг друга. Хочу сказать вам следующее, только, пожалуйста, не обижайтесь на меня. Говорю это от всей души при всём расположении к вам. Вы действительно поэт с большой буквы и вас ждет успех и блестящее будущее. Ваши стихи войдут в анналы Российской поэзии, вас будут помнить потомки. Но при одном условии, вы с этой минуты никогда больше не будете писать обидные колкости дамам и господам, которые вам не нравятся. Изводить людей мерзкими пасквилями и будете выше мелких склок. В мире нет совершенства, у всех есть свои слабости и не все мы равны в умственном развитии. То, что вы гениальный поэт, не даёт вам право оскорблять и унижать ближнего своего. Иначе вы плохо кончите, поверьте мне. Ну, а если вам так неймется и хочется ускорить свой смертный час. Добро пожаловать ко мне в сотню, хоть помрёшь достойно с пользой для отчизны.-
Я говорил это проникновенно, глядя ему в глаза. Похоже его проняло до самых глубоких глубин его темной души. Видимо склонен к мистицизму, болезный.
— Удачи, тебе корнет, помни, что я тебе сказал. — улыбнулся я улыбкой дьявола. Шайтан Иван я или нет.
Аничков дворец. Место проживания цесаревича Александра.
— Александр, ты наследник престола, настанет время, когда тебе придется принять всё бремя власти. Поверь мне, это тяжёлая ноша.- Император Николай сидел в кресле у камина, его лицо освещалось колеблющимся пламенем камина.
— Надеюсь оно наступит нескоро, ваше величество — с легкой улыбкой ответил Александр.
— Нет, сын.- Николай перешёл на более доверительный тон.- Ты, знаешь, что на меня совершено два покушения, и только божье проведение отвело руку убийцы. Поляки никогда не простят мне подавление восстания. Я лишил их многих привилегий в государственном устройстве. В дальнейшем, предупреждаю тебя, быть осторожным по отношению к ним. Александр, тебе необходимо верное и надёжное окружение. Умные люди, которые могут помочь тебе в управлении страной. И надо находить их уже сейчас.
Император с недовольством покачал головой.
— К чему тебе граф Олевский или барон фон Ростен. Ничтожные, пустые людишки, которые окружили тебя лестью и толкаются у тебя во дворце. Обрати внимание на этого есаула. Мне подробно доложили о нем. Выходец из простонародья, но что-то в нем не так. Умен, талантлив во многом. Ознакомился со всеми докладными предоставленными генералом Леднёвым, был изрядно удивлен.
— Чем, отец? — заинтересовался Александр.
— Его боевыми операциями проведёнными на Кавказе. Разумен и практичен в вопросах взаимодействия с местными черкесами. В его возрасте обладать столькими умениями, вот что меня удивляет. 23 февраля ему назначена аудиенция. Пригласи его к себе, Александр, вместе с князем Долгоруким. Они очень дружны и мниться мне, в том, что князь так изменился, есть влияние есаула. Павел просто в восторге от князя и намеревается отправиться на Кавказ заслужить ордена и воинскую славу.
— А почему бы и нет, папа. Пусть послужит при штабе командира Кавказского корпуса. Может быть, и меня отпустите посмотреть, ознакомиться лично, как обстоят там дела.- с надеждой спросил Александр.
— Разрешить вам подобную поездку, двоим одновременно, неразумно. Я подумаю над этим.
Утром, 19 февраля, в Столовую зашёл Саня.
