— Здравствуйте баронесса! Прошу прощения за столь неожиданное вторжение.- полковник мило улыбался, но его холодные и проницательные глаза буквально парализовали Агнешку. Она собрала остатки своей воли и постаралась безмятежно улыбнуться.
— Надеюсь вы не собираетесь похищать меня? — пошутила она, но вышло как-то не натурально.
— Баронесса не буду отнимать ваше время. Я хочу вас по-дружески предупредить. По делу генерала Вишневского ведётся расследование, которое вскрыло не очень приятные для вас сведения.
Агнешка похолодела и перестала дышать. В её глазах появился панический страх.
— Не буду скрывать от вас, баронесса, что многие действия Вишневского, нанесшие вред государственным интересам вызваны вашим участием. Но я не верю, что вы сделали это умышленно.- Он сделал ударение на последнем слове не сводя своего взгляда с баронессы, как бы ожидая её оправдания.
— Что вы господин полковник, о чём вы говорите. Я нанесла вред государству? Это не мыслимо. Уверяю вас в своих верноподданнических чувствах к государю и трону.
Выслушав баронессу полковник удовлетворённо кивнул.
— Я так и думал, баронесса. Поверьте мне, развлекать каторжан, в Сибири, не лучшее времяпрепровождения для великосветской дамы. Вы можете вернуться в Петербург и поверьте, ни кто не будет мешать вам вести прежний образ жизни. Баронесса, вы прекрасны и достойны поклонения мужчин. Но взамен маленькая услуга с вашей стороны. Вы будете сообщать нашему человеку всё, о чем говорят господа офицеры на вечеринках в вашем салоне. Согласитесь, ни чего нестоящая услуга. Скажу вам больше, баронесса. Есть некие господа, близкие к нашей службе, которые уверяют меня, что вы не только красивы, но умны и проницательны. Готовы помогать всеми доступными вам средствами в защите и укреплении интересов государства. Поверьте наша служба умеет ценить верных нам людей. Подумайте, пожалуйста, над моим предложением. Отдохните в загородном поместье. Ну как, баронесса, вы согласны помочь нам?
— Могу я подумать, господин полковник?
— Конечно, баронесса. Решим так, ваше возвращение в Петербург, в воскресенье, будет означать ваше согласие.
— Да, меня устраивает.- кивнула баронесса.
Полковник и подпоручик сели в коляску и укатили в сторону города. Ошеломленная Агнешка сидела и смотрела в пустоту. Она вдруг поняла, что её прежняя жизнь закончилась по её собственной глупости. Ей предстояло сделать выбор, стать предательницей или жить в вечном страхе попасть под жернова такой организации, как третье отделение, которые раздавят её даже не заметив этого.
До самого позднего вечера занимался ранеными. Моя вонючая мазь, это знаменитая мазь Вишневского. Элементарная в изготовлении, но в нынешнем времени была настоящим прорывом в лечении ран. Я не знал точных пропорций поэтому сделал следующим образом. Две части висмута, две части касторового масла, девяносто шесть частей берёзового дегтя. Всё работает, только запах конечно тяжёлый. Эта волшебная мазь была в деревянном бочонке, помимо этого, десять литров самогона в дубовом бочонке. Мои надежды стали оправдываться. Приблизительно 50% самогон потемнел и становился похожим на виски, но не успеет созреть, учитывая его расход. Ефрейтор уже полностью освоил мою методику обработки ран и основную нагрузки по перевязке взял на себя. Осталось восемь тяжело раненых, но можно было не опасаться за их жизнь. На жалобы подполковника Мангера, на неприятный запах, не стал спорить с ним.
— Ефрейтор, больше не мажьте моей волшебной мазью голову подполковника. Её и так мало.
— Но позвольте, Пётр Алексеевич, как я понимаю, заживление только началось, почему вы отменяете повязки с мазью?
— Вы же недовольны запахом мази, а желание раненого для лекаря закон.
Подпоручик прыснул в кулак. Смутившись после взгляда подполковника.
— Простите, есаул, все никак не привыкну, что вы ещё и доктор. Ваша ночная атака проведена просто блестяще. Как такое возможно, просто не могу поверить. И без потерь, что меня удивило больше всего. Вы командир от бога. Казалось бы иррегулярное формирование, а какая дисциплина. Понимание своих действий у ваших казаков просто на высочайшем уровне. Как такое возможно. Вторая сотня прошла обучение три месяца, как и мой батальон, но их даже сравнивать нельзя.
— Всё просто, подполковник, я не вбиваю в них знания палкой или плетью, а убеждаю и показываю, что знания увеличивают шанс на выживание и победу. Сбалансированная система поощрения и наказания. Много других нюансов, которые влияют на процесс обучения. Ну и самое, главное, боец должен быть сыт, хорошо одет, обут и.- я постучал пальцем по виску — с пониманием, зачем он это делаешь. Я разговариваю с ними не как господин с холопами, а как отец с сыновьями или как наставник с учениками. Объясняю им почему надо делать так, а не иначе. Показываю, как знание и умения спасают жизнь.
