Когда оба автомобиля отделяли друг от друга все те же метров тридцать, Траппони вновь высунулся в окно и прицелился в правое заднее колесо преследуемой «Тойоты». До выстрела оставались считанные секунды, когда автомобиль беглецов выскочил на одну из площадей городка и свернул резко налево. В этот же самый миг навстречу двигался трактор с прицепом, доверху наполненным сеном. За его рулем сидел молодой парень, в ушах которого были наушники от плеера. Парень явно не ожидал появления перед собой чужого автомобиля, впрочем, как и Корецкий. В результате спецназовец, пытаясь избежать столкновения, нажал на газ и успел проскочить прямо перед носом у трактора. Однако маневр был осуществлен на такой большой скорости, что «Тойота» не сумела вписаться в поворот и врезалась в угол ближайшего здания.
Между тем трактор по инерции проехал еще несколько метров и оказался уже на пути мафиозного «Фиата», мчавшегося на предельной скорости за «Тойотой». Причем удар мафиозного автомобиля пришелся как раз в прицеп. Столкновение получилось настолько сильным, что прицеп накренился набок, а «Фиат» как на трамплине подскочил в воздух и, перелетев через препятствие, со всей силы врезался в стену противоположного дома, после чего рухнул с высоты на собственную крышу, буквально расплющив всех, кто находился в салоне.
Проходя паспортный контроль в дамасском аэропорту, Максимов периодически бросал внимательные взгляды в сторону людей, которые сосредоточились за стеклянной перегородкой на другой половине терминала – в зоне встречающих. Его самого никто официально не встречал, однако он прекрасно знал, что ему должна была быть подготовлена неофициальная встреча. Во-первых, среди встречающих наверняка должны были быть люди аль-Хаджа, прибывшие сюда по душу Максимова по заданию своего главаря. За те два часа, пока он летел из Каира в Дамаск, у аль-Хаджа было достаточно времени, чтобы, получив звонок от Саймона Янга, прислать в аэропорт своих людей. Однако среди нескольких десятков встречающих распознать их было крайне трудно, фактически им мог быть каждый человек, за исключением, разве что, согбенных старух и стариков, а также маленьких детей, сновавших в аэропортовском зале.
Во-вторых, среди встречающих обязательно должны были быть и люди из сирийской госбезопасности, которых Хафез Раджих предупредил еще раньше, чем это сделал Саймон Янг в отношении аль-Хаджа – ранним утром сегодняшнего дня, еще за несколько часов до отлета полковника из Каира. И опять же распознать их в толпе встречающих было невозможно. Короче, после нескольких минут своего наблюдения Максимов решил оставить это дело, придя ко вполне закономерному выводу: когда ситуация этого потребует, каждая из сторон обязательно себя проявит. Тем более что весь план прилетевшего в том и состоял, чтобы вести себя самым естественным образом, не давая повода людям аль-Хаджа заподозрить себя в двойной игре.
Пройдя все необходимые процедуры, Максимов вышел в зал для ожидающих и, не глядя по сторонам, направился к выходу их аэропорта. На улице ему предстояло взять такси, которых обычно там всегда было в избытке, однако в эти планы вмешалось неожиданное обстоятельство. Прямо перед собой Максимов увидел молодую женщину-арабку в традиционном длинном до пят платье, которая одной рукой везла большой чемодан на колесиках, через плечо у нее была перекинута не менее большая спортивная сумка, а второй рукой она удерживала мальчишку лет шести, который то и дело норовил вырваться из-под материнской опеки и первым выбежать из дверей аэропорта. В один из таких моментов, когда мальчишка в очередной раз попытался избавиться от цепких материнских рук, женщина не удержала чемодан и он рухнул на пол. Возмущенная мать остановилась и громко отчитала сына, который разом присмирел и теперь стоял перед матерью, виновато потупив голову. Добившись от сына покорности, женщина наконец подняла чемодан, однако сумка, висевшая на плече, явно была здесь не к месту, то и дело соскальзывая вниз. Видя эти мучения, Максимов подошел к незнакомке и предложил ей свои услуги: вызвался помочь донести ей хотя бы сумку до того места, куда они с мальчиком направлялись. Смерив самозваного помощника цепким оценивающим взглядом, женщина… улыбнулась и сняла с плеча свою сумку, поставив ее на пол. После чего она сразу оказалась на плече у Максимова. Так втроем они и вышли из здания аэропорта.
Как оказалось, женщину звали Фатима, а ее сына Мухаммедом. Они прилетели с Кипра, где пробыли на отдыхе десять дней, хотя отдыхать должны были две недели. Но, получив известие о том, что глава их семейства, служивший в правительственной армии, был ранен в ходе боев за Дамаск и теперь находится в госпитале, они прервали отдых и вернулись на родину. Вот почему в аэропорту их никто не встречал, объяснила женщина Максимову. После чего указала рукой в направлении автобусной остановки – дескать, нам туда.
– Мы можем гораздо быстрее добраться до города на такси, – предложил Максимов.
