Когда убит был дарственный Дара,Не стало роду шахскому добра.Но сын был у Дары — могучий станом,Разумный, смелый; звался он Сасаном.Он понял: счастью прежнему конец,Когда увидел, что убит отец.Напрасна, понял он, о мести дума…И спасся бегством он от войска Рума.И в Хинде, всеми брошенный, один,Он умер. От него остался сын.Потомков до четвертого коленаСасаном называли неизменно.Жизнь, полная лишений и труда,Была у них. Они пасли стада.Забыв свой царский род, бродя средь мрака,Сасан последний прибыл в степь Бабака.И пастухам сказал: «Я — овцепас,Мне места не найдется ль среди вас?»Он не гнушался никакой работой.Его на службу главный взял с охотой.Присматривался долго, а потомЕго поставил первым пастухом.Бабак прекрасный спал в своем покоеИ диво увидал во сне такое:Его пастух на боевом слонеСидит с мечом, в сияющей броне.И все его Сасаном называлиИ почести, как шаху, воздавали.И возвеличился он и потомУкрасил землю славой и добром.Встал царь Бабак; виденье сна забылось.Вот что в другую ночь ему приснилось:Зардуштов раб из мрака вдалекеШел, три огня неся в своей руке.И это: Михр, Азаргушасп, Харрад —Три светоча — от Рыбы до Плеяд.Они пылали ярче и обильнейУглей алоэ в царственной светильне.Бабак проснулся. Сон свой вспомнил он,Невольною тревогою смущен.И все, что толковать умели сны,Что были в тайных знаниях сильны,Пришли в чертог царя. А вслед им тожеПришли мужи совета и вельможи.Бабак открыл им тайну снов своих,Смысл темный разгадать просил он их.Задумался совет мужей разумных.И самый старший в сонме многодумныхСказал: «О шах! Иные временаНастали. Вникни в смысл глубокий сна.Тот, кто пасет твои отары в поле,Как солнце мира, сядет на престоле.Но если не о нем твой вещий сон,Ты знай, что сядет сын его на трон!»Внял мудрецам Бабак добросердечный.Он понял знак, что дал ему предвечный.Велел гонцам Сасана он найтиИ пастуха в чертоги привести.Одет в овчину, весь в снегу, пред шахомБедняк пастух предстал, исполнен страхом.Всех посторонних прочь услал Бабак;Перед Сасаном с трона встал Бабак.С собою рядом посадил Сасана.Кто он, откуда, — расспросил Сасана.Царь спрашивал, но оробел пастух,Внезапно онемел отважный дух.Потом сказал: «На все, что вопрошаешь,Отвечу, если жизнь мне обещаешь.Клянись, пожми мне руку! И тебеЯ расскажу всю правду о себе.Клянись: во всем, что скрыто и открыто,Ты мне — доброжелатель и защита».Царь молвил: «Мне свидетель — небосвод,Что жизнь и хлеб насущный нам дает.Клянусь — тебя никто здесь не обидит!Тебя в почете, в славе мир увидит».Тогда сказал пастух: «О властелин,Откроюсь! Я — Сасан, Сасана сын.Я — прапраправнук властелина мира,Великого Бахмана Ардашира.Исфандиар отцом Бахмана был.Он власть Гуштаспа в мире утвердил».И слезы хлынули, как свет средь мрака,От тех речей из ясных глаз Бабака.Велел он слугам баню истопить,Омыть Сасана, пышно облачить.Он одарил его своим халатомИ дорогим конем в седле богатом.Он дал Сасану под жилье дворец,Нужде Сасана положил конец.Невольниц и рабов он дал СасануИ множество даров послал Сасану.Он так безмерно одарил его,Что навсегда обогатил его.Сасана, словно сына, полюбил он,На дочери своей его женил он.
