Фрэнк быстро надел брюки и рубашку, в которой ходил сегодня, закрепив кобуру с пистолетом под ней. Он взял в руки зонт и очень тихо открыл дверь. Выглянул в слабо освещённый коридор. Никого. Так же тихо прикрыв дверь, он провернул ключ в замке. Туфли он держал в другой руке, чтобы каблуки не издавали стука при ходьбе. Проходя мимо номера роботов, Фрэнк прислушался. Тишина. Миновав коридор, он спустился по лестнице вниз. Консьерж дремал за своим рабочим местом, и Фрэнк прошёл мимо него, стараясь не издавать ни звука, чтобы не разбудить. Выходя, он поднял голову на камеру, которая смотрела на него, снимая всё происходящее у входа в мотель. В машине мог быть и Майкл Стибер, может он специально произнёс те слова при роботах, а теперь собирался пояснить свою выходку ничего не понимающему Фрэнку.
Оказавшись на улице, Фрэнк обулся, раскрыл зонт и, держась близко к стене мотеля, последовал в направлении стоящего автомобиля. Оказавшись напротив, Фрэнк быстро перешёл дорогу. Задняя дверь открылась и сидящий внутри сказал:
– Садись Фрэнк.
Внутри было темно, кроме водителя и сидящего сзади человека больше никого не было. Фонари на улице не горели, и Фрэнк мог видеть лишь смутные очертания его силуэта.
– Фрэнк, это я, сенатор Корш, – сидевший наклонился к Фрэнку и тот смог разглядеть его лицо.
Это несомненно был сенатор. Выглядел он здоровым и полным сил, словно никакая болезнь и вовсе не поражала его, не говоря уже о биологической смерти. Как раз таким его Фрэнк и запомнил наиболее отчётливо, так он выглядел до болезни.
– Поехали, – сказал сенатор водителю, и машина, не зажигая фар, тронулась с места.
– Сенатор… – произнёс Фрэнк, словно, не веря своим глазам, – как это возможно, я же присутствовал на ваших похоронах, я видел вас лежащим в гробу.
– Фрэнк, мне пришлось инсценировать свою собственную смерть, чтобы обезопасить себя, мою семью и тебя от наших врагов. Всё должно было выглядеть достоверно. Мне пришлось прибегнуть к крайним мерам. Я принимал препарат Солдэкин-B14, который создал видимость неизлечимой болезни, а затем я ввёл себе тетродоксин рыбы Фугу, жизнедеятельность моего организма снизилась практически к нулю и доктора констатировали мою смерть. Да, ты видел именно меня на похоронах, но после – мою могилу вырыли, меня достали и ввели противоядие. Пришлось ждать несколько недель, пока процессы, запущенные препаратом, повернутся вспять.
– Почему вы не открыли мне правду?
– Это было слишком рискованно, Фрэнк, я не мог ставить весь план под угрозу.
– О каких врагах вы говорите?
– О тех, на кого ты сейчас работаешь. Корпорацию Justice-Tech и робота Аменда.
– Я сегодня встретил Майкла, он был в негодовании, что я сотрудничаю с ними.
– Да, старина Майкл. Он, наверное, искренне в недоумении от твоего решения, но его можно понять, он же не знает, что тебя обманом привлекли на свою сторону. Это была ещё одна причина, по которой я не мог раскрыть тебе свои планы, Фрэнк, я знал, что они прибегнут к твоей помощи, и чтобы не вызвать никаких подозрений, ты должен был искренне верить тому, в чём они тебя убедили.
– Что всё это значит, сенатор, что вообще происходит?
– Это узурпация, Фрэнк. Захват власти в стране. Государственный переворот, который происходит тихо, но настолько продуманно, что будь он доведён до конца – у людей не будет шансов спастись. Justice-Tech хочет иметь контроль над всей страной. И у них, практически, уже всё есть для этого – в их руках правосудие, роботы-судьи и роботы-адвокаты. Когда придёт время, все они будут действовать сообща в интересах тех, кто их создал. Роботы-полицейские смогут защитить Justice-Tech грубой силой, а у людей не будет возможности им противостоять – каждый день число полицейских роботов увеличивается, и скоро люди сами не заметят, как будут лишены свободы. И настанет это после того момента, когда у нас уже не будет возможности оказать сопротивление. А роботы военные-прокуроры и роботы-адвокаты по делам военных? О них и об их деятельности обычные граждане практически ничего не знают. Притом, из своих источников я слышал о созданных подразделениях военного спецназа, состоящих из одних только роботов, совершенно другого рода, не подобных тем, к которым мы привыкли. Более того, Justice-Tech не единственная угроза, нависшая над нами всеми. Есть и более могущественные силы, но о них практически ничего не известно.
– Кроме Justice-Tech есть ещё кто-то?
